Мира

Москва. Я открываю глаза за двадцать минут до приезда.

Остановки становятся чаще. Вагон сильнее качает. Люди набились как сельдь в бочке. На маму с боку давят как минимум двое и поэтому моё отклонение в сторону сейчас её совсем не смущает.

— Извините, — орошаю горло, глотая запах его парфюма. Надышалась с лихвой за пару часов. Горечь успела осесть в глотке.

Отстраняюсь для вида, а сама с трудом держу мышцы в заявленном тонусе. Щеки так и тянет приподнять в довольной улыбке.

Он подмигивает, едва ощутимо, а голос выводит бесстрастное:

— Всё нормально.

Со стороны и не заподозришь, что этот парень во мне заинтересован. Он безупречно контролирует свою мимику, жесты. Его выдержке позавидует каждый. А я… Уже сама начинаю во всём сомневаться. Слишком явное безразличие он играет. Оно раздирает на части и эти грядущие двадцать минут становятся персональным адом.

Так не честно! Быть так близко и отталкивать меня ментально!

Дую губы. Задумчиво пялюсь в одну точку.

— Что опять не так? — проницательно уточняет мама.

Передергиваю губы. Хмурюсь и не хочу отвечать. Дублирую услышанное от Женьки, только с присущим негативным посылом:

— Всё нормально.

Сжимаю руки в кулаки, периодически тереблю пальцы. Думаю. О том, насколько сложно выдерживать подобные моральные шифры. О том, что ехать назад придётся порознь. Мама не настолько глупа, чтобы поверить в подобные совпадения.

Периодически смотрю в телефон. Там пусто. Лишь циферблат отмеряет очередные скачки.

Женька не любитель писать, хотя мог бы изголиться и отправить хотя бы смайл в знак поддержки.

Душно. Солнце прогревает переполненный вагон.

Каждый второй считает секунды до конечной. Каждый первый — готов стартовать с места при малейшей возможности. Ворваться толпой в переход, свернуть в нужный коридор, продолжить спешный маршрут к входу нужной ветке метро…

Ближайшие пять лет моей жизни — это бег в потоке таких же желающих не опоздать. Смогу ли я выдержать этот темп? Действительно ли мне это нужно? А он…?

— Мам…, — порываюсь задать эмоциональный вопрос, но затихаю не озвучивая больше протяжного слова.

— Что, Мира? — сосредоточенно уточняет, придерживая на коленях дамскую сумку.

— Прибываем через две минуты, — констатирую отстранено. — Нам на кольцевую. Там сейчас толпа…

Ощущаю невесомое движение сбоку. Оборачиваюсь в сторону Жени.

Сидит не подавая и виду. Смотрит в окно.

Залезаю рукой в карман своей куртки и нащупываю то, чего ранее не было — небольшой шоколадный батончик. И частичку его и заботы. Улыбку, что успела потерять. Ту, что он вновь вернул, стоило лишь начать думать о нём в ином ключе.

С любовью и нежностью.

Народ начинает движение. Поезд тормозит. Мама порывается встать, а я мимолётно цепляю его руку. И ощущаю, как сильные пальцы слабо сжимают мои. Обещают и подтверждают единственно верное: Я рядом.

Не смотрю, чтобы не мазнуть по нему и губами.

Слишком много свидетелей. Слишком плотно стоят люди друг к другу. А родной голос умудряется прошептать прямо в ухо:

— Не бойся, я всегда от тебя на расстоянии шага.

Выход. Движение в скорости потока. Ни посмотреть назад. Ни обернуться. Только вперёд. Иначе снесут. Каждый спешит куда-то по своим сверхважным делам. Каждого ждут. Где-то. Или встречают.

Мама крепко вцепляется в мою правую. В один из моментов обгоняет и тащит к метро ускоренным локомотивом. А я иду, ускоряю шаг и невольно улыбаюсь новому утру. Я бы хотела затеряться с ним здесь. В толпе, которой плевать на всех. Я бы осталась наедине. С ним. На расстоянии шага. В эпицентре круга с радиусом не более метра.

Длинные коридоры на переходах. Сочная зелень на выходе из метро. МГУ. Во всей красе и великом убранстве.

Стою, высоко задрав голову и любуюсь зданием, которое вскоре станет моим новым домом. Страха нет. Есть восхищение. И желание преодолеть все преграды.

А между тем, меня обгоняет тень. Темный капюшон и рюкзак за спиной. Проходит. Рядом со мной. На расстоянии шага.

— Пошли, — довольно дёргаю маму.

Разворачивает к себе дотошно уточняя:

— Мирослава, ты помнишь о чём я тебя просила?

— Дословно, — киваю с послушным видом. — И я всё правильно сделаю. И сдам, если укажут на то, что процентная разница в разрыве совсем небольшая.

Мама многословно улыбается и ведёт к знакомому парадному. Фойе. Рамки. Досмотры. Коридоры.