– Убийца! – голос гвардейца сорвался. Он пытался извлечь из ножен палаш, но запутался в ремешках. – Пощади! – наконец пролепетал он, опуская рукоять палаша. Его большие голубые глаза обреченно застыли на лице капитана. Тони громко сглотнул. Он уже видел такие глаза. У рядового Коллинза, что умер у него на руках.

Тони опустил пистоль. – Беги, – неестественный надтреснутый голос капитана был едва слышим. Гвардеец кивнул и, вскочив на четвереньки, побежал, ножны попали ему под ноги, и он вновь упал. Тони прикрыл глаза и побежал в противоположную сторону. За прошедшие дни он изучил маршрут к покоям фальшивого императора.

Ноги плохо его слушались, слабость накатила на Тони, проведшего бессонную ночь в тяжелых раздумьях. Тони надеялся, что убийство первого же гвардейца поможет ему определиться, но этого не случилось. И вскоре судьба подкинула еще одну проблему.

Около официальных покоев фальшивого императора лежали трупы четырех бунтовщиков. Те гвардейцы, что охраняли покои, тоже были мертвы. Тони пинком отворил двери и увидел Бартоломео, он лежал на полу. Лицо рильца залила кровь с рассеченного лба и сломанного носа. Над ним стоял один из революционеров, рослый гвардеец с пышными усами. Тони видел его пару раз на тайных собраниях. Он тоже узнал Уотерса и кивком указал на стоящего в углу покоев актера.

– Сигмар предупредил, что ты придешь за ним. Как видишь, я сделал твою работу. Забирай, – буркнул он, после чего повернулся к Бартоломео и поднял пистоль.

– Стой! Не стреляй, возьмем его в плен!

– А зачем? Это реставрист, Росс сказал убивать таких. Эта собака еще выстрелит нам в спины, – с этими словами гвардеец направил пистоль в лицо Бартоломео. Старый офицер утер кровь и, приподнявшись на локтях, храбро смотрел в дуло. Гвардеец ухмыльнулся. Тони закрыл глаза.

Раздался выстрел.

Бартоломео вздрогнул, когда революционер, держась за простреленную шею, упал на пол. Тони открыл глаза и опустил руку с дымящимся пистолем. Бартоломео торопливо поднялся и подобрал оружие. От его взгляда не укрылась повязка на плече у Тони.

– Ну, как поступишь? – Бартоломео посмотрел в сторону актера. Тот стоял в ночной рубашке, крепко сжимая кулаки. Его нижняя губа дрожала.

– Не знаю, – Тони сорвал повязку с плеча и сел у стены. Мимо их дверей пробежало несколько человек, но они даже не заглянули внутрь. – Что ты здесь делаешь?

– Мы знаем о планах Росса насчет этого актёра. Мы хотели вытащить его из дворца.

– А настоящего императора?

– О, о нем ты можешь не беспокоиться. Мы спасем его. – Бартоломео схватил актёра за плечо и потащил за собой. Тот шёл с обреченным видом.

– Возьми меня с собой, – Тони поднялся, когда они прошли мимо него.

– Ну, уж нет. Беги из дворца, если хочешь жить. Но не с нами.

– Я могу пригодиться, – голос Тони предательски дрожал.

– Не думаю, – Бартоломео даже не обернулся. Капитан подождал, пока он скроется за поворотом, а потом со всей силы ударил по двери и заорал. Ему хотелось разбить голову от злости, разочарования и растерянности, но капитан сдержался. Он подобрал ташку с пулями у одного из революционеров и пошел в противоположную от Бартоломео сторону, на ходу заряжая пистоль. Он не знал куда ему идти. Колебания между сторонами сделали из него изгоя.

«Если я убегу из дворца, то стану никому не нужен. Отец, реставристы и революционеры, все будут считать меня предателем. Я буду скрываться, пока не установиться какая-то одна власть, которая и повесит меня как преступника».

Навстречу ему выбежали двое гвардейцев. Они направили на Тони винтовки, но не заметили у него повязки и с улыбками побежали навстречу. – Капитан, вам повезло выжить! Лояльные императору силы собираются в башне ИВС. Нужно поспешить туда!

– Да, конечно, – растерянно пробормотал Тони. Один из гвардейцев хлопнул его по плечу и побежал вслед за своим товарищем. Тони тяжело вздохнул. «Хочешь ты того, Бартоломео, или нет, но я помогу тебе! – со злостью подумал Тони. – Вытащу твою задницу из пекла еще раз!»

Вместе с гвардейцами Тони побежал на первый этаж. На лестнице он бросил взгляд через высокие створчатые окна. Здесь открывался отличный вид на площадь. Небо светлело, сумерки отступали, а над площадью висел густой пороховой дым. Сквозь него Тони смог рассмотреть силуэт толпы. Площадь, способная вместить около пятидесяти тысяч человек, была забита до отказа.

Народ ревел, нестройный гул был слышен даже здесь. Тони знал о желании Росса заслать в город подстрекателей, чтобы создать видимость народной революции. Похоже, у него получилось.

Проход к мосту был забаррикадирован. Посередине длинного коридора навалили хлама, за ним прятались реставристы. Тони смог заметить императора, опершегося спиной на деревянную бочку. Он сидел на полу, в мундире без знаков различия. Рядом с ним стояла испуганная молодая женщина, со светлыми волосами и очень бледной кожей. Она держала за руку девочку лет двенадцати, очень на неё похожую. «Семья императора», – догадался Тони.

Коридор замечательно простреливался, у гвардейцев и капитана не было возможности прорваться к баррикаде реставристов. Гвардейцы присели на одно колено и стреляли из ружей, стараясь достать бунтовщиков. Время стремительно таяло, Тони показалось, что он слышит шаги на лестнице. Если их зажмут с двух сторон, реставристам конец. Тони зарядил пистоль и бросился бежать по лестнице наверх. Гвардейцы неодобрительно посмотрели ему вслед, видимо решили, что капитан струсил. Тони был рад, что они не попытались остановить его.