Наученный горьким опытом я молча проследовал под конвоем до медблока, механически отметив про себя, что входная дверь в него не имеет характерной маркировки. Передав меня в ведение медперсонала, мой страж не удалился. Под его равнодушным взглядом я по требованию медиков разделся догола и занял ложемент в странном устройстве, внешне напомнившем мне вертикально расположенную криогенную капсулу. Никогда ранее я не имел возможности видеть воочию, как выглядит настоящий детектор лжи. В моём представлении при его упоминании рисовалось ультрасовременное кресло, подобное тому, в котором мне довелось побывать немногим позже своего совершеннолетия, в тот памятный день, когда мне впервые монтировали мой персональный чип. Однако, моё суждение впрочем, почти как и всегда основывалось на домыслах, просмотренных головизионных передачах, фантазиях и фильмах. Реальная жизнь в последнее время неоднократно доказывала мне ошибочность моих представлений об окружающем меня мире. Отчего бы и детектору лжи не выглядеть иначе чем я того ожидал?

Я нисколько не сомневался в результатах, которые покажет это устройство, подтвердив то, что я говорю правду и разрушив всю абсурдность выдвигаемых против меня обвинений. И, тем не менее, по мере проведения подготовительных процедур во мне нарастало тревожное, гнетущее чувство беспокойства.

Не смея прекословить, я неукоснительно выполнял все полученные указания. Ненамного развёл руки от тела, позволив жёстко зафиксировать их в таком положении. Обхватил ладонями металлические приспособления похожие по виду и форме на ручные динамометры и по требованию на пробу несколько раз поочерёдно с усилием сжал каждый из них. Они так и остались в моих руках после того как фиксаторы плотно обхватили мои запястья. В довершении всего один из медиков вставил мне в рот большую и неудобную резиновую капу, широко до боли раскрывшую мой рот и вдавившую язык к нижней челюсти. Необходимость последнего приготовления была мне совсем неясна. Как же теперь отвечать на вопросы или может я опять чего-то недопонимаю? Не успел я толком удивиться этому обстоятельству, как передо мною захлопнули крышку капсулы, оказавшуюся совершенно непрозрачной и я очутился не только обездвиженным, но и запертым внутри, отрезанный от всего внешнего мира в абсолютной темноте. Это было неожиданно и неприятно, но не ввергло меня в панику. По сути это отчасти напоминало учебные тренировки по пребыванию в одиночестве в замкнутом пространстве или скафандре, а с ними я всегда справлялся на "отлично". Поэтому постарался максимально расслабиться, насколько это было возможно в моём теперешнем положении. Закрыл глаза, выровнял дыхание, попытался заставить себя не думать о насущных проблемах и своём тягостном положении. Я смог оставаться относительно спокойным ровно до того момента пока темнота не сделалась абсолютной настолько, что буквально секунду назад я и не мог об этом подумать. Поначалу я даже не сообразил, что же произошло. За все последние девять лет с самого первого момента включения моего чипа я не оставался без его успокаивающе светящегося перед моими глазами интерфейса. Никогда! Никогда и нигде! Будь то оживлённая аудитория Академии или мимолётный tЙte Ю tЙte с очередной пассией или одиночество спасательной капсулы затерянной в безлюдной системе; моим неизменным спутником всегда был он. Помогая, развлекая, подсказывая и направляя. Он будил меня по утрам, под наигрываемые им успокаивающие ритмы я иногда засыпал. Большей частью через него и с его помощью происходило моё общение с окружающим меня миром, людьми, вещами. Его неосязаемое, но зримое присутствие настолько вжилось в меня, что казалось, является уже неотделимой и неотъемлемой частью меня самого. Однако сейчас куда бы я ни повернул свои глаза, непроглядная темнота окружала меня. Интерфейс погас и вслед за этим раздался громкий голос, раздражающе резанувший мой слух:

– Сожмите руки.

От растерянности я замешкался и немного погодя тот же голос опять повторил фразу. Прозвучала она настолько похоже, что безусловно являлась записью. Я повиновался.

– Сильнее, - тут же последовал очередной приказ и я ещё больше сжал находящиеся в моих ладонях металлические приспособления.
– Сильнее.
– повторил голос. Что же происходит, чёрт их побери и для чего это всё нужно?!

– Держите, - я подождал, но больше не было произнесено ни слова.

Так продолжалось, наверное, минуты три, а может и больше, хотя кто его знает. С самого начала я не догадался начать отсчитывать время. Сверить же его теперь, мне было не с чем и это было очень непривычно. Мои руки начали уставать, и я попытался дать знать об этом. Вышло, конечно, плохо, но что мне оставалось ещё предпринять? На своё вопросительное мычание в ответ я не услышал ровным счётом ничего. Я сделал ещё одну попытку, повысив при этом голос, стараясь придать ему настойчивые и требовательные ноты. Снова тишина. Не дождавшись ответа, я расслабил руки и тут же электрический удар сотряс моё тело, кисти сами сомкнулись на электродах, тело выгнулось, но разряд длился совсем недолго. Стоило ему прекратиться, как я шумно выдохнул, а тот же безучастный голос произнёс:

– Сожмите руки.

От захлестнувшего меня возмущения я заорал, но лишь мычащие и булькающие звуки вырывались из моего заткнутого рта. Мои старания выплюнуть резиновую дрянь, закрывшую мне рот, прервал очередной разряд тока, потрясший моё тело. На этот раз он был сильнее и длился дольше. Руки скрутило судорогой и я едва смог разжать пальцы, стараясь хоть как-то размять их. И снова:

– Сожмите руки.

Насколько у меня хватило сил, я сжал электроды.

– Сильнее. Сильнее. Держите.

Не оставляя надежды я приложил дополнительные усилия чтобы освободиться от кляпа. К счастью безрезультатно. Увенчайся успехом мои старания и в таких условиях это не привело бы ни к чему хорошему. Думаю, я мог бы случайно откусить собственный язык. Вот тебе и детектор лжи! Но разве я мог подумать такое? Пытки запрещены, ведь так? У нас гуманное государство и оно защищает каждого гражданина. Не выдержав, я слегка ослабил хватку, и кожа под электродами начала зудеть, как будто под ней что-то заползало, зашевелилось, щекоча и покалывая. Я снова сжал кулаки и ощущения исчезли, но долго так продолжаться не могло. Особенно быстро слабела правая рука, очевидно, сказывалось последствие недавнего ранения. Вскоре от тока и прикладываемого физического напряжения руки болели чуть ли не до самых локтей, затем их начало невыносимо выкручивать. Как только я не смог сдавливать электроды с должным усилием неумолимой карой воспоследовал электрический разряд. Руки парализовало, они перестали совершенно слушаться меня, дыхание сбилось и я ничего не мог поделать на отдаваемые мне команды, раз за разом оставляя их без внимания. Следующий удар выбил из меня сознание.

В чувства меня, по всей видимости, привёл встроенный инъектор. Последний укол я ощутил уже приходя в себя. После этого долго ничего не происходило. Я намеренно затих, хотя это было глупо. Не сомневаюсь, что засунувшие меня в эту камеру пыток чудовища были прекрасно осведомлены о моём самочувствии и состоянии. Животный страх заставил меня замереть и не шевелиться, тем самым я иррационально надеялся избегнуть дальнейших мучений. Внезапно у меня возникло ощущение, что на меня кто-то пристально смотрит. Покуда я мог ещё относительно здраво рассуждать я осознавал что нахожусь в тесной капсуле совершенно один, но это никак не мешало мне боятся того что пряталось позади меня. Поначалу это нечто просто стояло, недобрым взглядом буравя мою спину, а затем оно шумно дыша начало медленно придвигаться ко мне, всё ближе и ближе, понемногу сокращая расстояние между нами. Холодный липкий пот покрыл моё тело. На пределе своих возможностей я изогнул шею, преодолевая сопротивление фиксаторов, но, сколько не всматривался, ничего не мог увидеть в окружавшей меня темноте. Однако стоило мне повернуться обратно, как я почувствовал чужое леденящее дыхание на своей оголённой шее. До боли в позвонках я выгнулся в попытке обернуться и на этот раз уловил, как что-то жуткое метнулось у меня за спиной и я краем глаза выхватил из кромешной тьмы неясный силуэт. Тяжёлое дыхание раздалось с другой стороны. Меня прошиб озноб. Ошалело вытаращив глаза, я повернулся на звук и в этот момент нечто бесформенное, но кошмарное по своей сути, будто из ничего выросло передо мной, обдав волной неизъяснимого ужаса. Не выдержав, я заорал и зажмурился, ожидая чего-то страшного. Ничего. Открыв глаза, я убедился, что видение исчезло. Непроглядная темнота вокруг и более ничего. Пустота и я внутри неё, словно парю в невесомости, нет, точнее подвешен внутри неё. К горлу подкатил комок, уши заложило и в голове начало гудеть. Сквозь гул начали различаться какие-то голоса, они то понижались до неясного зловещего шёпота, заставляя невольно прислушиваться к ним, то достигали предела громкости восприятия, выкрикивая громоподобными голосами бессвязные угрозы, а после просто принялись выть. Опять накатило необъяснимое чувство страха. Не в силах заткнуть уши я сам принялся выть, стараясь перекричать и хоть ненадолго заглушить их. Во рту пересохло, я пытался оттолкнуться и отлететь подальше от источника этих мерзких звуков, но что-то не пускало меня. Я рвался изо всех сил, но словно опутанный паутиной лишь конвульсивно бился закутанный в паучий кокон. С каждым вздохом воздуха оставалось всё меньше и меньше, судорожно сглатывая, я пытался вдохнуть в себя как можно больше, но паутина так сильно сдавливала мне грудь, что не позволяла дышать. Пока силы окончательно не покинули меня, я попытался высвободиться из её пут и неожиданно понял, что своими резкими движения растревожил Его. Я замер, но было уже слишком поздно. Даже не видя Его, я явственно почувствовал как, перебирая своими мохнатыми лапами, он неспешно пополз ко мне. При каждом его прикосновении к паутине, по её нитям от него в мою сторону бежали колебания такой силы, что заставляли вибрировать мои внутренности, временами сотрясая всё тело. По мере Его приближения ко мне вибрация нарастала, подавляя мою способность к сопротивлению. У меня не осталось возможности даже кричать, как только я раскрыл рот, липкая паутина тот час же хлынула в него, перехватив моё дыхание, и не успел я толком ничего осознать, как сквозь тьму кокона прорвался его алчущий моей плоти клык и вонзился в моё сердце.

Первое что я почувствовал, была невыносимая вонь. Не знаю, что случилось со мною раньше, вырвало меня или опорожнился мой кишечник, да это и не имело никакого значения. Было по-прежнему темно. Раздалось жужжание и в шею ощутимо кольнуло. Инъектор делал своё чёрное дело, возвращая меня в сознание. Проклятый голос не заставил себя долго ждать.

– Сожмите руки.

Интересно, мне только кажется или я здесь действительно надолго?

***

Очевидно, на какое-то время я лишился зрения. Измождённого и обессиленного от настойчивых поисков правды меня извлекли из камеры пыток и непонимающе крутящего головою по сторонам, подхватили и поволокли, а я пучил ничего невидящие глаза в тщетных попытках разглядеть хоть что-нибудь. С ужасом предполагая, что моё высвобождение может оказаться лишь очередной мучительной уловкой, порождением моего подсознательно ищущего спасения мозга. Тем временем моё безвольное тело тащили по коридорам, спускали на лифте и наконец, бросили на пол. Дверь захлопнулась, и я услышал удаляющиеся шаги моих безмолвных палачей. Перевернувшись на бок, я хотел было свернуться калачиком и замереть, дать отдых своему измученному телу, но не знал, могу ли позволить себе эту роскошь. Кто ещё находится со мной в этой камере или же я здесь один. Какой ещё каверзы мне следует ожидать? Слабой и дрожащей рукой я осторожно ощупал пространство впереди себя и тут же наткнулся на стену. Как мог, в несколько заходов, я придал себе сидячее положение. Встать я даже не пытался, ноги не слушались меня. Прислушиваясь, я просидел так до той поры пока постепенно, словно свозь туманную пелену не начали проступать неясные очертания моего узилища. Помещение было небольшим, максимум один метр на два с отхожей смрадной дырой в одном углу. Мои апартаменты были явно рассчитаны на одну персону. Скромность убранства и интерьера однозначно свидетельствовали о том, что принимающая мою особу сторона склонна экономить на излишних с её точки зрения удобствах. Пожалуй, мой новый гостевой номер отчасти проигрывал моей старой каюте на круизном лайнере. Впрочем, грех жаловаться ведь я получил его от Федерации совершенно бесплатно.

***

Ещё дважды им пришлось подвергнуть меня жестокой экзекуции, прежде чем я осознал всю тщетность своего сопротивления. На что я надеялся, во что верил и на кого рассчитывал, подвергая себя напрасным мучениям? Закон, справедливость, правосудие, а может быть чудо?

С детских лет я верил в идеалы, истории про отважных героев Федерации и в их бесстрашное мужество. Они не боялись огня и горели заживо, заставляя пылать наши сердца и освещая своим огнём наш светлый путь в прекрасное будущее. Они бегали без ног, сражались без рук и летали без крыльев, а самое главное они никогда и никому не сдавались! Презирая адские муки и смеясь в лицо своим палачам, врагам нашей славной Федерации. Таковы уж были они - Герои! Куда мне до них. Я был подавлен, измучен, сломлен, жалок и слаб. У меня не осталось ни веры, ни сил. Я утратил волю к борьбе. Но ведь так и должно быть с врагами Федерации. Я сдался.