— Время от времени ты направлял на заброшенную юсианскую базу какого-то из роботов, принести тебе что-нибудь оттуда, например, силуэт Одесты.

— Ха-ха-ха! Силуэт!

— Все равно, как мы это назовем, Рендел. Речь не о нем, а о роботах.. — Э? И что о них?

— А ты сам ходил когда-нибудь на эту базу?

— Никогда!

— Однако, ты знаешь, что я ходил. И как только переступил порог, попал в помещение, где было что-то вроде пламени…

— Боже мой! Ну и выражения! Да ты и вовсе профан, Симов!

— Не прерывай меня, Рендел! Так вот, я говорю, пламени, и оно взаимодействовало только с материей, из которой сделаны пластины на коленях и локтях у роботов. Поэтому у троих из них есть одинаковые отметины. Разве ты не замечал?

— Замечал, но мне и в голову не приходило, что они оттуда.

— Оттуда.

— Ну и что из этого?

— Отметины на этих местах могут появиться, только если роботы лежали лицом вниз среди упомянутого пламени.

— Не понимаю тебя, — отрезал Рендел.

— Лучше скажи, что не понимаешь, что может заставить какого-то робота лечь где бы то ни было. Или ты понимаешь?

— Ничего не понимаю!

— Вчера вечером я был на действующей юсианской базе, Рендел. И там тоже было такое пламя. Только среди этого пламени лежали юсы.

— А может быть, и ты тоже? — желчно усмехнулся он, но побледнел, как полотно, и на этом фоне синяки — результат нашего вчерашнего столкновения — выступили еще ярче.

— Вот видишь, ты догадался, — похвалил я его. — Конечно, и я тоже. Чужие ритуалы нужно уважать, не так ли?

— Вопрос принципа, Симов. Лично я никогда бы не поддался никаким негуманоидным «ритуалам».

— Да, конечно, значительно легче было вместе с Зун-гом изучать юсов по голографическим фильмам, которые вы от них получали. И которые, несмотря на договоренности, вы не предоставили человечеству, а спрятали в своих бронированных сейфах.

— Ото! Заступаешься за этих тварей? Да, они ведь твои друзья.

— Если так, значит, друзья у нас общие, Рендел.

— Что-о-о-о-о?! Что ты себе позволяешь!

— Но посуди сам: еще на Земле ты знал, что роботы юсианские. Или, выражаясь точнее, что это вообще не роботы, по крайней мере по нашим критериям. Ты знаешь это и совершенно спокойно используешь, так сказать, как своих, хотя и не сомневаешься, что все увиденное, услышанное и сделанное ими немедленно становится известным юсам.

— О, именно потому я их и использую! — воскликнул он. — Для маскировки! Только на незначительных работах или там, где нечего скрывать. А в других случаях… Будь уверен, я принял достаточные меры, чтобы туда, где делается настоящая работа, они не сунулись.

— Да, а остальные люди на базе?

— И они поступают с роботами так же, хотя и считают их продуктом нашей, человеческой фирмы. Перед полетом на Эйрену Зунг дал нам указание быть с этими роботами максимально осторожными под предлогом того, что юсы могут начинить их своей шпионской аппаратурой. Ведь их пересылают открыто, а не в контейнерах, как другие наши посылки с Земли.

— И, по-твоему, никто другой здесь не подозревает, каково истинное положение вещей?

— Никто… Кроме, может быть, Вернье, но и он дале» от этого.

— А истина, Рендел, заключается в том, что мозги этих так называемых «роботов» напичканы юсианскими «воспоминаниями», привычками, мыслями, намерениями, планами и тому подобным. В них, я бы сказал, запрограммировано юсианское мироощущение. И юсианское отношение к нам.

— Ну, успокойся! Количество их на Земле уже строго ограничено. Сейчас их там не более сотни.

— Которые будут ликвидированы после переселения, — добавил я, — как и все другие вспомогательные атрибуты проекта ЭССИКО. Хорошо, но ведь проблема не в них, а в самом проекте ЭССИКО, в его правильном понимании.

— Для нас его цель была очевидной с самого начала.

— И как вы ее формулируете?

— Одним-единственным словом: экспансия! направленная против человечества!

— И я до недавнего времени думал также.

— До недавнего времени? — удивился Рендел.

— Да, — кивнул я. — Но теперь я знаю, что проект ЭССИКО — в сущности, ошибка. Точнее, цепочка ошибок. И наших, и их…

— Юсов?!

— А почему бы и нет? Или ты считаешь их непогрешимыми?

— Симов!

— Рендел! Уверен, что ты можешь лучше справляться со своими чувствами. Как ты не можешь понять, что сейчас надо говорить трезво, по-деловому!

Он вздохнул, изображая смирение:

— Ну хорошо, скажи мне тогда, в чем же они ошиблись?

— Да все, что они делали с момента прибытия на Землю и по сию пору, все ошибочно. И то, что они создают разные псевдоземные материалы и предметы, и вся эта перестроенная ими планета с ее метаморфозами и эйфорическими влияниями, и их наивные «творения» с маркой ЭССИКО…