Камень Бурь в кармане пульсировал так сильно, что я чувствовал его через ткань — холодный, почти обжигающий ритм, совпадающий с падением звёзд. Я достал его на бегу, развернул тряпку. Серый камень светился слабым голубоватым светом, по его поверхности пробегали искры.

— Ты что, радуешься этому бардаку? — прошептал я, сжимая камень в ладони. Он снова дёрнулся в руке, словно живой, отзываясь на грохот вокруг.

[ВНИМАНИЕ! Обнаружен источник резонанса высокой мощности]

[Камень Бурь подключен к источнику. Идёт процесс накопления.]

[Процесс адаптации: 99%. Финализация через 1 час 47 минут]

[ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Критическая нестабильность души. Рекомендуется избегать стрессовых ситуаций]

— Избегать? — я рассмеялся, и смех вышел нервным, истеричным. — Это какая-то тупая шутка? Что за финализация, черт тебя подери! И почему прямо сейчас?

Происходило что-то настолько странное, что это дало мне сил, я буквально почувствовал, как ускоряюсь и бегу, тратя при этом гораздо меньше энергии чем когда бегал до Тонкой Башни. Даже рюкзак казалось уже не так оттягивал плечи.

Очень скоро впереди, в паре километров, показались монументальные стены и сторожевые башни, защищающие город, а также тёмное пятно распахнутых настежь ворот. И, к моему удивлению, там копошились люди.

Чего? Зачем они тут? Но очень скоро всё стало понятно: в город в панике бежали те, кого дождь застал за городом. Тащились переполненные экипажи и мчались всадники на взмыленных лошадях. Даже мимо меня, обдавая грязью, пронеслось несколько перепуганных горожан, долбящихся кулаками в каждую дверь.

— Милостивой Теерой просим, впустите нас, впустите нас! — хрипели и плакали люди, пытаясь хоть как-то укрыться от наступающего апокалипсиса.

Кого-то впускали, кого-то нет, и тогда обезумевшие от страха люди разбегались по всему городу от ворот, как букашки. Несколько здоровых мужиков выломали канализацию и полезли внутрь, а за ними, увидев шанс на спасение полезли и остальные, в том числе и прилично одетые женщины.

Мне пришлось снова прижиматься к стене, к краю улицы, чтобы меня не сбили с ног несущиеся всадники и кареты, лихо спешащие по разбитой мостовой.

— Быстрее, быстрее! Все в укрытие! Те, кто останется на улице, — умрут! — кричал кто-то сиплым голосом.

— Дождь скоро будет прямо в городе! В укрытие!

И всё это тонуло в общей панике и всеобщей истерике.

А звёзды всё падали и падали.

И тут я услышал вой. Не человеческий. Звериный, и от этого еще более страшный. Я резко обернулся на звук. Из-за угла ближайшего дома, ломая забор, выскочила знакомая тварь — костяная крыса, но огромная, размером с крупную собаку. Её кости светились красным, глаза горели как угли. Она увидела меня, ощерилась, демонстрируя клыки длиной с палец.

Мутация. Этер от падающих звёзд уже начал менять местную фауну, делая её максимально агрессивной и сильной. Даже в относительной безопасности катакомб сейчас можно было выжить только в районах, где есть мощная защита, у того же Ночного Хозяина, например. Вот она, главная проблема, материализовавшаяся передо мной.

Я моментально выхватил из-за пояса нож, добытый в недавней схватке, и развернулся к твари, принимая устойчивую позу. Она, не раздумывая, прыгнула, я едва успел отшатнуться в сторону, полоснув клинком по ее боку. Лезвие звякнуло, но лишь скользнуло по шкуре — кости под ней были твердыми, как сталь. Тварь ловко развернулась на месте и прыгнула снова. Я попытался нанести укол сверху, целясь в уязвимую шею, но она увернулась с кошачьей гибкостью и впилась острыми зубами мне в рукав. Ткань порвалась, и я почувствовал острую боль, клыки прошли по коже, оставив глубокие, жгущие царапины.

Рывком, с криком я отбросил крысу от себя. Она отлетела, ударилась о стену, но тут же вскочила на лапы. Я прижался спиной к камню, сжимая рукоять ножа. Моя очередь. Когда она прыгнула в третий раз, я не отступил. Наоборот, я шагнул ей навстречу, под низкий прыжок пригибаясь, и изо всех сил вонзил нож вверх, под ребра, в незащищенное костями брюхо. Лезвие вошло глубоко, по самую рукоять.

Тварь дико взвизгнула, забилась в судорогах, слетая к стене вместе с застрявшим в ней ножом, и попыталась дотянуться до меня, получая по морде и голове моими кулаками. Я бил ее, не помня себя, пока она не затихла, позабыв про второй нож, а затем с отвращением отшвырнул окровавленное тело ногой в сторону. Руки тряслись от выброса адреналина.

[Навык повышен: Кулачный бой — 4]

Я механически достал и вытер лезвие о шерсть твари, спрятал его обратно, и тут заметил, что глубоко в ране что-то слабо мерцает. Недолго думая, снова достал нож и, понимая, что задерживаться смертельно опасно, всё равно, вспоминая, как мастерски разделывал кабанов дядя, повторил его движения, вскрыл грудную клетку, вытащил дымящееся сердце и оттуда — небольшое, теплое ядро. Протер его о штаны. Воды для промывки не было, и я просто засунул трофей в скинутый на землю рюкзак, а затем, взвалив его снова на плечи, пошел к воротам, с горечью понимая, что всё, что я сейчас делаю, от добычи ядра до бегства, — полностью бессмысленно в масштабах происходящего. Куда я иду? Прямиком навстречу смерти?