– Мне пришлось взять обратный билет с открытой датой, – сказал брат Лео, вручая мне билет, что обошелся нашему братству почти в двести долларов. – Пока будешь в Пуэрто-Рико, ты сам решишь, когда возвращаться.

– Спасибо, брат Лео, – сказал я.

– Это семьсот седьмой, – добавил он. – Я пытался достать билет на семьсот сорок седьмой, [65] но не получилось.

– Уверен, я не замечу разницу. И еще раз спасибо.

Брат Эли взялся за решение моего другого транспортного вопроса – как добраться до международного аэропорта Кеннеди, где я сяду на самолет. Своим тихим мягким голосом, словно партизан, продумывающий налет, он поведал мне план действий:

– Есть вход в метро на пересечении Лексингтон-авеню и 53-й улицы.

– Верно, – согласился я. – Я видел его.

– Спускаешься туда. Идешь на платформу, помеченную «Центр города».

– «Центр города», – кивнул я.

– Садишься в поезд Е, – продолжал брат Эли. – Не на F.

– Поезд Е, – повторил я.

– Едешь до Западной 4-й улицы.

– Западная 4-я.

– Там пересядешь на поезд А, на той же платформе.

– На той же платформе.

– Поезд А, та же платформа.

– Поезд А, та же платформа, – кивнул я.

– Убедись, что поезд следует до Леффертс-авеню.

Я нахмурился.

– Мне что, спросить его?

– Там есть таблички, – сказал брат Эли. – Маленькие таблички по бокам каждого вагона.

– О, тогда хорошо.

– Тебе нужен поезд, идущий до Леффертс-авеню.

– Леффертс-авеню. Это то же самое, что поезд Е?

– Ты перед этим сойдешь с поезда Е. Это поезд А.

– А, понял, – сказал я. – Сойду с поезда Е, сяду на поезд А, на той же платформе.

– Все верно.

– Леффертс-авеню, – напомнил я, на чем мы остановились.

– Точно, – сказал брат Эли. – Теперь ты едешь на этом поезде до конечной остановки.

– До какой?

Брат Эли странно взглянул на меня.

– Леффертс-авеню, – сказал он.

– О! Ну конечно, это же поезд, идущий до Леффертс-авеню.

– Да, – сказал брат Эли. – Поезд А.

– Есть такая песня Билли Стрейхорна, – сказал я. – Бла-бла-бла, о, садись на поезд А, он в Гарлем привезет тебя. [66] Я еду в Гарлем?

– Нет, брат Бенедикт, – сказал брат Эли. – В Гарлеме нет аэропорта. Ты едешь в другую сторону.

– Понятно. До конечной остановки. Как-ее-там-авеню.

– Леффертс-авеню.

– Я знал, что название начинается на «Л», – сказал я. – Леффертс-авеню, теперь я запомню.

– Прекрасно, – сказал брат Эли. – Когда выйдешь на конечной, то окажешься на пересечении Леффертс и Либерти. Тебе нужно повернуть направо.

– Направо.

– Да, направо. Идешь по Леффертс на юг.

– На юг.

Брат Эли прикрыл глаза и кивнул.

– Да, – сказал он. – Идешь, пока не доберешься до бульвара Рокавей.

– Бульвар Рокавей.

– Поворачиваешь налево, на бульвар Рокавей.

– Налево, на бульвар Рокавей, – кивнул я.

– Теперь идешь до 130-й улицы.

– 130-я улица.

– Это одиннадцать коротких кварталов.

– Одиннадцать коротких кварталов.

Брат Эли пристально посмотрел на меня.

– Не обязательно все повторять, – сказал он.

– О, – сказал я. – Понимаю. Тебя раздражает, что я повторяю?

– Немного, – признался брат Эли.

– Ладно, – сказал я. – Так просто легче запомнить, вот и все. Я буду повторять только основные пункты.

– Основные пункты, – сказал брат Эли.

– Да.

Он кивнул.

– Хорошо. Ты на пересечении 130-й улицы и бульвара Рокавей.

– Да, я там, – сказал я, избегая повторять его слова.

– Поворачиваешь направо.

– Хорошо.

– Проходишь по мосту над Белт-Паркуэй.

– Ладно, – сказал я.

Брат Эли снова бросил на меня быстрый взгляд, словно заподозрив, что я тайком повторил за ним, но ничего не сказал.

– Сразу после моста, – продолжил он, – будет 150-я авеню. Повернешь налево.

– Минутку, – сказал я. – Это пересечение 130-й улицы и 150-й авеню?

– Да.

– Мне нравится, – сказал я. – Какой это район?

– Куинс. Саут-Озон-Парк.

– Саут-Озо… извини.

– Все в порядке, – сказал брат Эли. – Итак, ты повернул на 150-ю авеню. Осталось пройти совсем немного, и ты в аэропорту.

– Наконец-то, – вздохнул я.

– Еще нет, – сказал брат Эли. – Тебе нужно будет по дороге к аэропорту свернуть направо, к терминалам.