Я фыркнула.

— А воздержание тоже практикуешь, Краун?

— Да нахер, — прорычал он. — Но скажи только слово, Стелла — и я твой, а ты — моя. И мы заканчиваем этот гребаный фарс.

— Моя жизнь — не фарс.

— И где же он, когда так нужен, в такой день, как сегодня?

— Не смей судить его. Никогда. Он лучший мужчина из всех, кого я знаю. И кто ты вообще такой, чтобы рассуждать об этом? «Когда он так нужен»? Серьезно? Он был рядом все эти три года. А где был ты?

— Здесь, — произнес он, коснувшись пальцами моего виска, — и здесь. — Его ладонь легла мне на грудь, горячая, как огонь. — И всё это время я надрывал задницу, чтобы дойти до этого момента. До нас. До этого. До сейчас.

— Я люблю его.

— Ты любишь и меня тоже. И меня слишком долго лишали тебя.

— Да неужели? Ты наконец готов для Стеллы? — я усмехнулась. — Поезд ушел, Рид. Уйди с дороги.

В следующее мгновение он прижал меня к двери, сжимая мои запястья своими руками. Его взгляд был жестоким, беспощадным.

— Я люблю тебя.

— Нет, — сорвалось хриплым шепотом.

— Я люблю тебя. И скучаю по тебе, Стелла. И это не изменится.

— Прекрати, — сказала я, пытаясь высвободиться.

— Я скучаю по твоим снам, которыми ты делилась по утрам. Скучаю по ночам, проведенным в нашей постели, просто болтая. Скучаю по простым вещам, которые я больше никогда бы не стал воспринимать как должное, будь у меня шанс прожить их с тобой еще раз. Ты — всё, о чем я думаю. Я не спал нормально ни одной ночи с тех пор, как ты ушла из моей постели. Всё, что я делал с той минуты, как покинул Остин, было ради одного — вернуться к тебе лучшим мужчиной. Тем, кто способен дать тебе всё, чего ты заслуживаешь. Я стал им. И стал им уже давно. И пришло время тебе это понять. Сегодня, и каждый день после — это шанс вернуть тебя. Я больше не могу так жить. Я больше не могу ждать. Больше не хочу ждать, Стелла. Наше время пришло.

Я прикусила дрожащую губу.

— Стелла, ты ничего не забыла. Я вижу всё, стоит лишь взглянуть на тебя.

— Я с Нейтом.

— Будь со мной, — настаивал он. — Ты подняла меня с колен, Стелла. Жизнь с тобой, даже в той дрянной квартире, была лучшим временем в моей жизни. Я больше не хочу ложиться спать без тебя.

— Рид…

Его челюсть дернулась.

— Он попросит тебя выйти за него, если он умен. Не говори «да».

— Ты сумасшедший?

— Хуже.

— Что может быть хуже?

— Влюбленный. — Он наклонился, чтобы поцеловать меня, но я уклонилась. Он выругался и прикусил нижнюю губу, не отрывая от меня взгляда, и его разочарование было почти осязаемым. В отчаянии он отступил на шаг.

— Ладно. Я буду играть честно. Но я в игре. Я хочу тебя вернуть. Хочу, чтобы ты была в моей жизни.

— Ты собираешься в тур по всему миру, Краун. И как ты предлагаешь это осуществить?

Рид смотрел на меня так, будто только что вспомнил, что скоро ему предстоит играть на пяти континентах.

— Черт!

Я закатила глаза.

— Ага, есть одно маленькое рок-н-ролльное «но».

— Поехали со мной, — тихо сказал он. — Стелла, я отдам всё за семь минут с тобой. Но я хочу их все. Ты сама сказала, что я могу забрать их все.

— Так вот какой у тебя был план? Затащить меня на интервью, а потом заманить в свою жизнь признаниями в любви?

— Прошло три года, а ты так и не выбрала его.

— Я сделала выбор, — мой голос прозвучал тяжело.

— Нет, ты хочешь его выбрать, но не можешь. И ты знаешь почему, Стелла. Потому что это — я.

— У нас с ним своя жизнь. Я счастлива с Нейтом.

— Но чего-то не хватает, — сказал он, заставив меня посмотреть на него. — Ты всё еще думаешь, какой была бы наша жизнь вместе, если бы мы пошли дальше. Ты до сих пор хочешь свою сказку. Но ее могу подарить тебе только я. И я не смогу дать ее тебе, пока ты не с тем, блядь, принцем.

— Это не так, — выдохнула я.

— Стелла, мы не закончили, и ты это знаешь. Всегда знала.

— Зачем ты делаешь это? Мы больше не знаем друг друга.

— Зато я знаю одно: ты сейчас не ты. Не та версия себя, которой хочешь быть. Вся эта дерьмовая игра в паиньку-домохозяйку заведет тебя в тупик, а что потом?

— Я повзрослела. Мечты изменились.

— Подстроившись под него, — уверенно бросил он. — Не выходи за него, Стелла. Ты не принадлежишь ему. Я пугаю тебя, и это хорошо. Делай то, что пугает, помнишь? Ты всегда верила в меня без причин. Я дам тебе столько причин, сколько тебе нужно. Я прямо здесь, Стелла.