Я поняла, о чем он хочет сказать, и покачала головой.

Да, не каждый терапевт захочет рисковать пациентом. И ещё меньше — собой.

А вот патологоанатом…

— Что ж, проблема ясна, — произнесла бодро и обманчиво легкомысленно. — Предлагаю следующее: если в будущем появятся такие пациенты, везти их ко мне. Помогу всем, кому смогу. Правительство ведь раскошелится на медицинский борт в случае чего?

— Раскошелится, — с каким-то особым злорадством произнёс Стужев, в этот момент явно подумав о чем-то своём. Затем сфокусировал взгляд на мне и предупредил: — Но мне придется подать развернутый рапорт именно об этой твоей способности. Чтобы обосновать прошение.

— Чем мне это грозит? — уточнила сразу.

Мужчина задумался.

— Глобально — ничем. Разве что парой подписанных бумаг государственного значения. О неразглашении и неприченении намеренного вреда. Ты не мужчина и не военнообязанная. Это большой плюс. Для тебя. В остальном решать тебе, на что соглашаться. Но рекомендую ни на что. Ты — частное лицо, готовое оказать медицинскую помощь по заявке, не более. С остальным будет больше проблем, чем пользы.

— Например?

— Если подпишешь госконтракт — выдернут из постели в любое время ночи и отправят на точку. Лично. Сомневаюсь, что ты будешь этому рада.

— Не буду, ты прав, — покачала головой со смешком. — Я желаю людям добра, но не за свой счет.

— Вот именно. Если будут давить на то, что у тебя нет условий, требуй, чтобы предоставили. Ты в своём праве. Ты аристократка, причем глава рода, а не девочка на побегушках. Твои способности уникальны и, грубо говоря, ты имеешь полное право выкручивать руки всем, кто наивно думает, что сможет тебя прогнуть.

— И не стыдно? — прищурилась.

— В смысле?

— Тебе не стыдно? — усмехнулась. — Ты ведь верный боец империи. Не стыдно советовать такое?

— Полина, — качнул головой, — я боец, но не предатель. И если сейчас я не предостерегу тебя от возможных ошибок, которыми охотно воспользуются ушлые чинуши, прикрывая свой зад, ты возненавидишь меня первым. Поверь, с них не убудет. Разломы открываются всё чаще, ресурсов с них добывается всё больше. Уверен, государство не обеднеет, доставляя пострадавших бойцов именно к тебе, а не бросая в горячие точки тебя.

Хм-м…

— Хорошо. Ты прав. Как думаешь, я смогу взять Алещугова советчиком, когда военные поднимут этот вопрос?

— Конечно. Он опытный юрист и в курсе разломов. Кстати, он из аристократов, младший сын барона, так что имеет определенный вес в обществе.

Кивком поблагодарив за информацию, которая точно не будет лишней, я старательно обдумала всё прозвучавшее, а затем, ощущая определенную долю неловкости, произнесла:

— Ты, наверное, знаешь, мы с Доком идем вечером на прием…

— Да, он сказал, — спокойно кивнул Стужев и даже улыбнулся. — Уверен, там будет пафосно и дико скучно, но точно не рядом с Доком, так что выбор спутника идеальный. На мероприятия, посвященные определенной профессии, обычно собираются одни старики, любящие предаваться воспоминаниям о том, какой зеленой была раньше трава. Не то что сейчас. Ну и аристократы. Они везде. По любому поводу. Лишь бы не работать. — Фыркнул с нескрываемым пренебрежением и бросил на меня ироничный взгляд. — Ну и княжич будет… Сама слышала.

— Ха. Ха. — Скривившись, посмотрела на Стужева, как на предателя. — Это ты сейчас на что намекаешь?

— Не намекаю, — качнул головой и чуть посерьезнел. — Прошу воздержаться от вредительства.

— Тебе его жаль? — удивилась.

— Его? — Стужев закатил глаза и мотнул головой. — При чем тут он? Я о тебе. Если тебя поймают за руку — проблем не оберешься. Я вступлюсь, это даже не обсуждается. Остальные «Витязи» тоже в стороне не останутся. Но зачем искать проблемы там, где их можно избежать? Ну и совсем уж нежелательный поворот — его смерть. У князя больше нет сыновей, только три дочери. И если ему вдруг втемяшится назвать своим наследником именно меня, я тебе точно спасибо не скажу.

— Вот это ты сейчас меня озадачил, — пробормотала, внимательно изучая сидящего на диване мужчину. — Всё продумал, всё прикинул, все возможные выводы сделал… Ладно, не буду трогать этого остолопа. Первой.

— Спасибо, — очень серьезно поблагодарил Стужев. — А сейчас о нас. Помнится, я обещал отдать тебе морфизм… Давай завтра? Можно даже с самого утра. Я проконсультировался с Доком, дело это не быстрое, может даже довольно болезненное для обоих. Не хочу рисковать. Не против?

— Не поверишь, уже и забыла, — цокнула, после чего кивнула. — Да, давай завтра. Не хочу торопиться. Это будет очень любопытный эксперимент — вырастить дар самой, а не поглотить его извне. Как думаешь, будут отличия?

— Не представляю, — покачал головой. — Я только раз встречал чистые энергетические ядра морфизма, и это было давно. Они очень редкие и весьма дорогие. Думаю твоё основное умение регенерации и способность ускорять рост клеток смогут помочь развить этот дар даже без вливания дополнительных ядер именно этой стихии. Узнаем завтра.

Мы поболтали ещё немного, касаясь исключительно бытовых тем. Я рассказала Стужеву о том, что у меня новый работник, не став скрывать, что его дочь — одаренная с опасным, редким, но очень любопытным для меня даром. И мы с Доком намерены помочь девочке.