— Там того благополучия осталось… — я перехватил разговор вместо растерявшейся Кози, а то у неё уже слёзы в глазах заблестели.

— Мы со своей работой справляемся, — возразил динамик. — Остальное не наша забота.

— Ну, не знаю, — пожал плечами я. — Как по мне, реклама в последнее время как-то не очень стала.

— Таков заказ.

Мне показалось, что в синтетическом голосе прозвучало что-то типа неудовольствия и досады, но может быть, ничего такого и не было.

— Тебе заказывают делать скучную рекламу?

— Нам. Мы делаем её вместе. Боня, Гуня и Силечка. Да, главный заказчик требует постепенного снижения эмоциональной напряжёности рекламных сюжетов.

— И нафига? Они же стали скучные!

— Именно это им и требуется.

— Кому?

— Внешникам, — пояснил Капрен. — Они теперь заказывают рекламу.

— Рекламу чего? В городе про них почти никто и не знает! Для всех тут типа Шоня рулит! Я же смотрю рекламу, там всё то же самое: Средка, ренд, микроренд. Только микроренда теперь больше, чем ренда, а про Средку стало как-то уныло, без огонька. Никакой рекламы внешников не видел!

— Видишь ли, Тиган… — начал динамик.

— Ты… вы меня знаете?

— У нас, разумеется, есть доступ в сеть. Боня уже всё про тебя выяснил, дро Ковыряла. Так вот, новая рекламная политика города состоит в том, чтобы постепенно снизить привлекательность локальных стимулов и традиционных мотиваций.

— Не понял, — признался я. — Можно как-то попроще?

— Раньше реклама показывала, как хороша Средка. Настолько, что ради неё стоит сходить в ренд.

— Ну да. Бордели, дансинги, жратва, штырево, игры, зрелища и всё такое. Рендуйся, и всё это будет твоим. На самом деле все понимают, что реклама приукрашивает, но зато её было классно смотреть. А новая какая-то… Извините.

— Не надо извиняться, так и задумано. Можем сделать предположение, что цель заказчика состоит именно во внедрении месседжа: «Тут ловить нечего». Продвигается паттерн социального пессимизма: «Зачем это всё, когда даже на Средке, если вдуматься, ничего особо прикольного нет?»

— И нафига?

— Для переключения целевой аудитории на альтернативные стимулы.

— Какие, глядь, стимулы?

— Прости, дро Ковыряла, мы не можем комментировать медиапродукты, которые только готовятся к выходу на рынок. Это нарушает интересы заказчика.

— А на интересы города типа насрать?

— Посмотри на нас, дро. Мы три башки на тумбочках. Нас родили, вырастили, искалечили и убили для Города. Что ещё ему должны Боня, Гуня и Силечка?

* * *

Шоня сидит за столом, уронив буйную рыжую голову на руки. Лицо выражает тоску и страдание, хотя похмелье от вчерашнего внезапного срыва уже должно бы пройти.

— Ещё и это, глядь, — комментирует она наш с Козей рассказ. — Мало мне было… всего остального. Значит, говорите, рекламу тоже заказывают внешники?

— А ты не знала? — уточняю я.

— Не, откуда? Ты думаешь, мне кто-то что-то докладывает? Все ставят меня перед фактами. Иногда сразу раком. То-то такое унылое говно на видеостенке в последнее время… Это они, получается, молоди объясняют, что в городе нифига хорошего их не ждёт. Рендуйся, не рендуйся — одна фигня. И не скажешь, что неправда, но зачем? Тиган, есть идеи?

— Чисто тебе поднасрать? — предположил я. — Молодь не пойдёт в ренд и микроренд, будет требовать вернуть соцмин.

— Уже требует. И я его даже вернула. Не весь, правда…

— Вот именно. С нынешним лимитом еле прокормиться, а дышки вовсе нет.

— Она в производстве дорогая, — пояснила Шоня. — Мы просто не тянем делать её столько, как до локаута. Электричества дофига надо, и вроде какие-то химикаты в дефиците…

— А из чего её вообще делают? — спросила Козя.

— Без понятия, — скривилась рыжая. — Я почти три года пытаюсь разобраться, как устроен Город, но всё время упираюсь в то, что даже спросить толком не у кого! Инфа вроде есть у Владетелей, но они меня игнорят.

— А промы? — спросил я.

— Промы администраторы, они сами чаще всего не понимают, как что работает.

— А кто понимает?

— Знаешь, Тиган, — мрачно ответила Шоня. — Мне уже кажется, что никто. Может быть, и владетели тупо не в курсе, а игнорят, чтобы не признаваться в этом. Такое ощущение, что о том, как именно работал Город, знал один Креон, но он не спешил этим поделиться с остальными, а потом его грохнула Калидия, и всё сразу пошло по мапской линии.

— Я не думаю, что внешники спать не могут, только и думают, «как бы Шоне поднасрать», — сказала вдруг Козя. — Мне кажется, им на нас плевать вообще.