— Я пытаюсь вам пояснить, чем вы рискуете, пойдя ко мне на службу. Если вас всё устраивает, клятву я могу принять хоть сейчас. Но, мне кажется, вы должны ценить себя выше с такими-то навыками.

— Если они вам пригодятся, я буду только счастлив, — заявил он, глядя на меня преданными глазами.

Ну точно служебный пес, который наконец нашел хозяина и больше не выглядит как побитая шавка…

Клятву я у него принял, выдал подъемные, поручил Маренину выделить ему жилье и кабинет с сейфом (тем более что у нас этих сейфов благодаря Валерону накопилось много, и у пары типовых мы к этому времени поменяли замки). Сказал Аниканову за заданием приходить завтра и отправил его устраиваться.

Сам же задумался о том, что количество людей в поместье растет невиданными темпами, но увы, не за счет дружинников. Конечно, хорошо иметь тех, кто выполняет все обслуживающие действия, и иметь с запасом, но моя цель — набрать именно дружину в таком размере, когда она представляла бы из себя силу.

А обслуживающего персонала у нас сейчас получился избыток, что не есть хорошо, потому что когда работы прибавится, начнут бухтеть, привыкнув к жизни полегче.

— О чем задумались, Петр Аркадьевич? — спросил Маренин.

Я подозревал, что это вежливая просьба уступить кабинет, но всё-таки пояснил, на что мне Маренин сказал:

— Это вы зря переживаете, Петр Аркадьевич. Со мной уже много бывших вороновских дружинников списались. Неделя-две — и будет у нас вполне приличная дружина. Может, кого успеете принять до отъезда в Святославск. Так что не успеют расслабиться, как нагрузка станет о-го-го. Попробуй накорми и обстирай такую толпу мужиков.

— Надо бы какой-нибудь стиральный агрегат смастерить… — задумался я.

— Вы сначала защитных артефактов наделайте, — предложил Маренин. — Запас есть. Но его не хватит на всех новых.

— Наделаю, — согласился я. — Куда деваться-то? Кстати, Наталья Васильевна одобрила кандидатуру Милкиной хозяйки на должность главной над бабами.

— Неудивительно, Петр Аркадьевич, эта тётка кого хошь уболтает. Но работящая, этого не отнять. В закутке, который они в конюшне обустроили, всё по уму, чистенько, дети накормлены и при деле. Она предлагает живности накупить для поместья. Еще пару коров, курочек там.

— Одобряю, — радостно тявкнул Валерон, который сразу после завтрака собирался сгонять в Озерный Ключ, да так и не выбрался до сих пор. — Свежие яйца — залог здоровья.

— Если за курами ухаживает кто-то другой, — вздохнул я, припомнив нашу короткую попытку птицеводства. Как оказалось, ни я, ни Валерон не были приспособлены к такой сложной деятельности. Но в Милкину хозяйку я верю, она справится. — С моей стороны возражений нет. Пустых конюшен хватает. Деньги я выделю.

— Еще огород можно завести, — задумчиво сказал Валерон. — А что? Навоз свой, а овощи вы едите. Вопрос утилизации навоза всё равно встанет рано или поздно. Ладно, я пошел.

Он испарился, и мы остались с Марениным вдвоем.

— С огородом не такая плохая идея, — заметил он. — Нужно будет наметить грядки подальше от жилых домов — и всё.

— Лучше бы наметить место под лечебницу.

— Дурное это дело, Петр Аркадьевич. Если бы одна Даньшина там практиковала — так речь и о Наталье Васильевне идет. Ставить лечебницу здесь — особого смысла нет. Лучше подождать и восстановить лечебницу в Камнеграде.

— Практиковаться ей надо сейчас, а не через год.

— Петр Аркадьевич, пока вы будете кататься туда-сюда, обучения всё равно нормального не выйдет, да и вскоре Наталья Васильевна собирается идти на обучение целительству в Святославске, так ведь?

— Короче говоря, вы, Георгий Евгеньевич, против открытия лечебницы?

— Сейчас — да. Сейчас — только для своих. Это и охрану проще обеспечить, Петр Аркадьевич, и помещение не надо срочно искать. Я против того, чтобы пускать сюда посторонних, что непременно случится, ежели мы общедоступную лечебницу сделаем в поместье. Я понимаю, что вам не хочется огорчать Наталью Васильевну, но устройство лечебницы лучше отложить. Иначе уровень будет не княжеский, а это — урон вашей репутации.

С этой точки зрения я еще не рассматривал. Решил поверить Маренину на слово и вопрос с лечебницей пока оставить открытым, хотя благодаря Валерону у нас для нее всё было: помощник из лечебницы Заварзиных выгреб всё.

Слова про скорое увеличение дружины настроили на рабочий лад, и я настолько плотно занялся артефактами, что когда перед обедом ко мне пришли с сообщением, что под мою руку хочет пойти целая артель, решил прогуляться к проходной, за которой они стояли. Артель мне больше не была нужна, но с точки зрения имиджа отказывать лучше было лично. По дороге я узнал, что пришел только один человек, глава артели, как раз провентилировать почву, так что можно было ему просто сказать, что в услугах артельщиков не нуждаемся, и он бы ушел. Но поворачивать я не стал, прогуляться всё равно хотелось. На улице стояла прекрасная солнечная погода, в воздухе пахло весной, и настроение невольно полезло вверх. Особенно при мысли, что можно вытащить на улицу и Наташу.