– Фрахаша, у меня всё!
– крикнул он, и в пещеру вошло чудовище. У него была звериная морда с ужасными клыками и полуголое тело, покрытое пятнистой шерстью.

– О, а с этим что?
– хмыкнул зверь, уставившись на охотника жёлтыми горящими глазами.

– Не знаю, пусть горы решают, - пожал плечами рыжехвостый и, вскрыв замок клетки, достал двух дрожащих девочек птенцов, покрытым нежным пухом.
– Давай возвращаться, пока малышки не замёрзли.

– Ага.

Они скрылись в непроглядной тьме шэма и молодой охотник, впервые согласившийся на опасное путешествие к Большой земле, медленно сполз по стене, сотрясаясь от рыданий. Он не понимал, что произошло, и почему остался в живых. Почему с самого начала ему казалось, что этот поход в горы похож на приключение? Почему он думал, что все рассказы старших братьев о монстрах, живущих в лесах Большой земли, всего лишь выдумки? Почему ему казалось, что он будет в полной безопасности, что кто-нибудь обязательно защитит его? И вот сейчас, сидя в пещере один на один с тихо шелестящей золотой рощей, ему не оставалось ничего иного, кроме как сжаться в комок и рыдать.

Скама и Суиль, вернувшиеся к гнезду и обнаружившие, что едва вылупившиеся птенцы пропали, чуть не сошли с ума от горя. Они стали метаться по гнезду и звать их, в последней слабой надежде, что малышки услышат и вернутся, как неожиданно на пороге появились странные гости. Рыдающая Суиль встрепенулась, услышав сонное бормотание:

– Мамочка, не плачь.

– Мы здесь, мамочка...

Аккуратно передав птенцов родителям, гости пристроились на самом краю пещеры, чтобы не нарушать чистоту гнезда, выстланного мягкими перьями. Они зажгли несколько тусклых фонариков в виде металлических трубок, и воткнули их в расщелину, явно ожидая чего-то. Скама, наконец, решившийся приблизиться к чужакам, принялся разглядывать необычную группу.

– Кто вы такие?
– робко заговорил он, не представляя, чего нужно этим существам.

– Мы из рода людей. Меня зовут Итаэль, - поднял руку более юный претееглазый, а затем указал на сидящих рядом.
– Это мои спутники, Роэн и Леам. Есть ещё двое, они охотятся в горах, скоро будут здесь и принесут вашим детям еды. Вы ведь не успели их накормить?

– Ох... да, верно...

– Мы здесь для того, чтобы помочь вашему роду защитить гнёзда.

– Вы знаете, кто похитил наших птенцов?!

– Да. Не переживайте, подобного больше не произойдёт.

– Ах... хорошо...

На пороге гнезда неожиданно появились двое кошачьеродых - шаам и лаам. Каждый из них принёс на плечах связанного горного козла и положил перед хозяином гнезда.

– Почему вы делаете это для нас?
– удивился Скама.

– Потому что мы все дети Уньо, - ответил лаам.
– И все слышим её голос. Или ты нет?

– Слышу, - закивал Скама, - конечно, слышу... Я благодарен вам. Спасибо, что спасли моих детишек. Как я могу отплатить вам?

– Было бы весьма благородно с твоей стороны, если бы ты провёл нас к гнёздам старейшин, - заметил Итаэль.

– О... но вообще-то...

– Скама!
– окрикнула Суиль, - отведи их к гнездовищу. С нами всё будет хорошо, не волнуйся.

– Хорошо, если ты так говоришь, - кивнул он.
– Но это неблизкий путь для бескрылых...

– У нас есть крылья, - улыбнулся Итаэль.
– Просто, как и вы, он создание дьеш.

– Тогда, как только отступит шэма, я проведу вас, - согласился фалконит.

Накормив птенцов, они умостились спать. Засыпая, Скама заметил, что юноша был единственным из гостей, кто тоже заснул. Его обнял зеленоглазый, словно птенца крыльями, укутал плащом, пристроив у себя на коленях. Остальные расположились вокруг, будто живое подобие гнезда. Было видно, как сильно каждый из них заботится о его безопасности. Ему даже послышалось, будто он различает тихое убаюкивающее мурчание обоих кошачьеродых.

"Кто же это дитя?" - подумал, закрывая глаза Скама. В песне Уньо о нём звучало столько доверия и нежности, будто он был не пришлым чужаком, а одним из рода Других, обитающих в Запретном лесу.

Едва наступил дьеш, перед входом в гнездо появился белокрылый пегас. И если до этого Скама ещё в чём-то сомневался, то теперь все страхи рассеялись. Никто из рода летунов не стал бы помогать тому, кто не идёт по течению великого потока Воли Уньо.

Оба претееглазых сели на спину летуна, а кошачьеродые и зеленоглазый последовали за ними по земле. Не смотря на то, что у них не было крыльев, их скорости и ловкости мог позавидовать любой охотник из рода фалконитов, поэтому до гнездовища они добрались довольно быстро.

Прежде чем спуститься в лабиринт пещер, Итаэль провёл короткий инструктаж, назначив каждому из группы свою задачу, и они растворились среди камней. Поэтому, когда Скама оглянулся, за ним шли только зеленоглазый и старший претееглазый. Если летун и удивился, то виду не подал.

Закрытая долина, похожая на чашу, постепенно заполнялась встревоженными собратьями. Оказалось, он был не единственным, чьих птенцов похитили, но только ему повезло вернуть их в целости и сохранности. Прикрыв людей крыльями, Скама устроился на одном из уступов. Собравшиеся шумно обсуждали тему разорения гнёзд неведомым хищником. Вскоре прибыли старейшины, тогда остальные стихли.