Олег и Роман застыли метрах в пятнадцати от металлической сетки, кольца которой вспыхивали в луче ползущего по территории широкого луча. За минуту прожектор на мачте несколько раз поворачивался вокруг своей оси.

– Действуй, как мы договорились, – сказал Баталов, проталкивая вперед излучатель антиматерии. – И благодарное человечество тебя не забудет.

Роман приподнялся, уперся коленом в землю, словно приготовился к низкому старту. Человечество, конечно, не забудет, на то оно и благодарное. Жалко ему, что ли? Правда, из всего человечества бывшего пособника Зимина интересовали только три офицера из спецкомиссии военного трибунала.

– У нас полминуты, не больше. – Олег поднялся с аннигилятором в полный рост и выстрелил.

Поражающий луч был направлен так, чтобы приличный кусок внешнего периметра с камерами просто исчез. Поток антиматерии с трубным хлопком «вытянул» часть пространства, уничтожив метров двадцать металлического ограждения. С треском кипел, пузырился бетон. Оглушительно заревела сирена. Площадку перед зданиями заволокло паром, прожектор воткнулся в молочное месиво, ослепший луч словно подрезали у основания. Баталов и Роман бросились в спасительный рукотворный туман каждый по своему маршруту.

Как и ожидалось, несмотря на все навороты экзоскелетов, обычный пар сузил видимое пространство до нескольких метров. Неудобно как для тебя, так и для противника, но Баталов знал куда бежать. От лаборатории его отделяло метров сто. Выскочив из белого киселя туда, где туман был пожиже, Олег должен был очутиться на открытом пространстве между ангаром и жилым модулем. Так и случилось, с той лишь поправкой, что на плоской крыше ангара залег незапланированный стрелок. Баталов вовремя увидел метнувшуюся фигуру с автоматом. Надо же, успели, полуночники! И даже с выбором оружия сориентировались. Из лазерной винтовки в тумане много не настреляешь, к сожалению, из Пушка тоже.

Присев, Олег развернулся и выстрелил в автоматчика «минималкой», выбрав в качестве ориентира тарелку радара позади стрелка. Палить в отдельные объекты из излучателя антиматерии эффективно, но энергозатратно, можно быстро опустошить аккумуляторы, но Баталов не скупился. Антивещество достигло цели, радиолокационную станцию с грохотом поглотила вспышка. На глазах Олега плоскость радара сворачивалась, сминалась, словно пластиковая тарелка. Боевику, видимо, тоже досталось…

Что-то ударило рядом в бетон, выбив кусок покрытия. Не иначе, выстрел из снайперской винтовки. Вторая пуля угодила Баталову в левую ногу. Если бы не экзоскелет, голень пробило бы насквозь. Еще пуля – в колено. Пристрелялись. Баталов бросился к лаборатории через спасительный туман и сразу же почувствовал хромоту – левый мускульный усилитель под коленом вышел из строя. По груди словно ударило молотом, а затем несколькими молотками разом. Автоматную очередь в грудь поглотили подвижные броневые пластины, но Баталова все равно качнуло. Оседая на колено, Олег чувствовал, что с трудом может дышать. Благо невидимые стрелки не могли воспользоваться лазером или плазмой. Боевики по старинке, зато надежно лупили в туман из огнестрельного оружия. Попади очередь в незащищенные сталью и кевларом сочленения экзоскелета, и Баталов остался бы лежать на плитах, ждать, когда его добьют. Жахнуть из излучателя, означало обнаружить себя, и не факт, что попадешь, потому что жахнул бы вслепую.

– Сбросил! – проорал в эфире Роман. Их, конечно, слышали, но пускай ломают головы, кто и что там на них сбросил.

– Молодец! – Баталов побежал, подтягивая левую ногу, которую словно обули в чугунный сапог, в предполагаемое место сброса. – Как ты вовремя!

Киреев лежал на спине, не двигаясь, руки – вдоль тела. Рядом – груда оружия, которую перековавшийся нарик так долго таскал на себе. У боевиков должно было сложиться впечатление, что они отправили на тот свет одного из нападавших. На самом деле на земле лежал пустой экзоскелет. Олег навесил на плечо крупнокалиберный пулемет, ящик с боеприпасами зафиксировал на спине. С таким не побегаешь, зато пройдешься по затянутой туманом базе по-хозяйски.

Выскочивший из брони Роман, по задумке Олега, мог легко сойти за своего. Киреев должен был проникнуть в оружейку Фармы и раздобыть чистое оружие, которое затем применить. Пальба из «паленки» – это было еще одним преступлением Романа Киреева, за которое ему придется отвечать перед армейским трибуналом, но зато последнее.

Трассирующими пулями Баталов раздолбил, разломал подвижный прожектор на мачте, попав в ослепительное око уже с третьего выстрела без всяких прицелов. С трассерами отлично видишь, куда бьешь, Олег даже почувствовал благодарность к человеку из древности, который их изобрел.

Двигаясь к лаборатории, Баталов срезал двух боевиков перед ангарной стеной. Оба были в экзоскелетах, но Олег резанул из пулемета по ногам, а затем просто задолбил, разломал неподвижные цели «крупным калибром». В стороны летели куски брони, бетона. Для верности Баталов щедро полоснул по встающим в тумане очертаниям ближайших строений. Вылетали стекла, рамы, крошился кирпич, лопались колпаки видеокамер, летели в стороны кронштейны, сочленения, защитные козырьки. Брызгали осколками плоскости солнечных батарей. Баталов не жалел патронов, гильзы фонтаном сыпались к ногам федерала. Трассирующие пули имели и психологический эффект. Врагу все время кажется, что трассер летит ему прямо между глаз.

Из окна здания справа высунулся с автоматом боевик. Направив на стрелка ствол пулемета, Баталов бил в цель, пока голова в стальном шлеме не слетела с плеч, подпрыгнув, словно футбольный мяч.

Олег бухал в перечеркнутое дождем пространство перед собой из аннигилятора, резко ухудшая видимость, затем добивал, «лакировал» область разрушений из крупнокалиберного пулемета.

Туман то и дело озаряли вспышки, грохотало так, что оглушало через шлем. В ответ боевики открыли шквальный огонь. У подручных Зимина тоже имелся пулемет, и не один. Стреляли справа и еще откуда-то… Олега ударило в плечо. Он никак не мог определить, где стрелок. Олег бросился к ближайшей стене, прижался к ней, но от стены тут же полетели куски. Били плотно, обрабатывая определенный сектор. Угол пристройки к лаборатории дымился и напоминал швейцарский сыр. До цели – два шага. Олег огрызнулся вслепую, ответил одновременно из излучателя и пулемета. Уничтожив одноэтажную казарму перед собой, обрушив наполовину еще какое-то здание, Баталов понял, что ошибся: прогрохотал, так и не задев пулеметчиков, зато обозначил: вот он я!