— Эм... Я переоденусь в ванной.

Она закатила глаза.

— Без моей помощи ты можешь сломать молнию или порвать ткань. Это не масс-маркет, с ним нужно обращаться бережно. Её намёк был ясен – я не неспособна справиться с такой дорогой тканью без присмотра.

— Я буду очень аккуратной, обещаю. Я… я просто не люблю переодеваться при других людях.

Поверь, я спасаю тебя от паршивых кошмаров.

— Да брось, — резко оборвала она. — Такие, как ты, вызывают у меня отвращение. Ты притворяешься невинной, чтобы заполучить богатого мужа. Хватит играть в скромницу. Доктора Максвелла здесь всё равно нет, впечатлять некого.

Я сжала мягкую ткань платья дрожащими пальцами. Моя паника нарастала вместе с её агрессией, кожа покрылась нервной испариной, и всё это из-за глупого платья, равного по стоимости тысяче обедов. Я бы предпочла еду. Я вернула платье на стойку.

— Знаешь что? Пожалуй, мне не нужно платье.

Она была готова взорваться – настолько её разозлило моё решение.

— Ага, чтобы ты могла сказать доктору Максвеллу, что это я виновата в том, что тебе нечего надеть на гала-ужин, и тогда влетит мне? — злобно прошипела она. — Доктор Максвелл дал мне задание, и я выполню его как профессионал. — Она снова подняла платье. — А теперь раздевайся.

Я тяжело сглотнула, пытаясь сохранить самообладание. Под её пристальным взглядом моя решимость рассыпалась в прах. Я не сопротивлялась, когда она шагнула вперёд, развязала пояс моего халата и стянула его с плеч.

Как только халат упал, её первой реакцией был крик. Настолько пронзительный, что охранница из коридора тут же появилась в дверях. В панике я подхватила халат с пола и накинула его на себя.

— Мэм, Вы в порядке?

Женщина была в чёрной форме. Когда она вошла дальше в комнату, я прочитала имя на её бейджике – Линда.

Инстинктивно я обхватила себя руками, желая провалиться сквозь землю.

— Что случилось? — настойчиво спросила она, её светлые волосы до подбородка подпрыгивали, когда она переводила взгляд между нами.

— Что это, черт возьми? — заорала Наташа.

Я вздрогнула от её слов.

— Успокойтесь, — терпеливо сказала ей Линда.

— Я? Ты просишь успокоиться меня? — Наташа тяжело дышала, вне себя от ярости, её голос повышался с каждой секундой. — Кто-то изуродовал её тело. Ты это видела? Ты что, состояла в какой-то банде?

Линда бросила на меня озадаченный взгляд.

Внутри у меня всё замерло от обвинений Наташи. Даже для злодейки из дорамы она переборщила со своими надуманными теориями. Я не знала, когда или как получила эти шрамы, но вряд ли беспорядочные отметины на животе были результатом инициации в банду.

Поскольку я не могла с уверенностью исключить криминальное прошлое, я выбрала нейтральную тактику – не подтверждать и не опровергать её абсурдные обвинения. Разгладив выражение лица, я скопировала фирменную невозмутимую маску Кайдена.

Наташа вскинула руку, направив в меня указательный палец.

— Мы все знаем, что он нашёл тебя на яхте, когда ты пыталась украсть еду. Ты преступница. И, если бы мне пришлось угадывать, ты продаёшь себя на улице. Ты понимаешь, что случится с его репутацией, если он будет связан с такой, как ты? Он пожалел тебя, а ты этим пользуешься. Зачем ты ставишь под угрозу его карьеру и всё, что он построил, после того как он спас тебя?

Оказалось, у меня нет врождённого таланта Кайдена к бесстрастным маскам. Моя нижняя губа задрожала. Кто-то оставил на мне эти чудовищные следы, но ответственность за то, как мои шрамы влияют на окружающих и на их репутацию, почему-то ложилась на меня.

— Я не понимаю, что он вообще в тебе нашёл, — пробормотала Наташа.

Вот оно. То, что она действительно имела в виду – почему ты, а не я?

Мне стало ясно, что женщина ненавидела меня не из-за Кайдена или подозрений в криминальном прошлом. Она была гламурной, ухоженной и идеальной; она просто не могла смириться с поражением от женщины, полной изъянов. Уступить мне, той, кто ниже её по статусу, положению и красоте, было ударом по её самолюбию. Она бы отреагировала лучше, если бы Кайден выбрал женщину своего круга.

Мой желудок сжался, когда мне показалось, будто я слышу шаги в коридоре. Я молилась, что это был Кайден, спешащий мне на помощь. Сердце упало, когда я осознала, что звук доносится из комнаты внизу.

Возможно ли, чтобы один человек был одновременно источником утешения и угрозой для существования? Весь день я металась между двумя противоборствующими эмоциями по отношению к Кайдену. Но сейчас он был единственным, кого я хотела видеть. В те немногие разы, когда он видел мои шрамы, в его глазах никогда не было отвращения. Напротив, Кайден смотрел на меня с благоговением, словно я была знаменитостью, а он – моим преданным поклонником.