Шрифт:
– Э-э-м, – произнес я.
Сноупс поднял сверкающую бровь:
– Да, брат Бенедикт?
– Ничего, – сказал я. – Это, наверное, у меня в желудке.
– У мисс Флинтер найдется «Алка-Зельтцер», – предложил Сноупс.
– Нет-нет, спасибо.
Брат Оливер бросил на меня быстрый взгляд, призывающий к молчанию, и вернулся к разговору со Сноупсом.
– Мистер Сноупс, боюсь, вы не понимаете…
– Думаю, понимаю, – прервал его Сноупс. Он сделал паузу, лучась сочувствием, затем продолжил: – Я вполне понимаю ваши особые потребности и, поверьте, мы не ставим вас перед выбором: переезжать в какие-нибудь трущобы или выметаться на улицу.
– Это не выбор…
– К примеру, – Сноупс прерывал собеседника скорее улыбкой и жестами, чем словами, – мы уже присмотрели для вас подходящую площадь в уютном местечке под названием Нью-Палтц.
– Нью-Палтц?
– Это на севере штата, – пояснил Сноупс. – Вверх по Гудзону. Бывший общественный колледж с двухгодичным обучением. Его закрыли, но строения сохранились в хорошем состоянии. Чудный маленький кампус.
– Но…
– Здания кирпичные, можно даже сказать в стиле Лиги плюща, [25] но более современные, если вы понимаете, о чем я.
25
Ассоциация восьми американских частных (и престижных) университетов, расположенных на северо-востоке США.
– К сожалению, понимаю, но…
– Вокруг высадили множество деревьев, – продолжал Сноупс, – через несколько лет они будут великолепны. Прекрасны. Когда станут немного повыше, знаете ли.
– Мистер Сноупс, мы…
– Кстати о растительности. – Склонившись над столом и притушив яркость харизмы до интимного уровня, Сноупс спросил: – Вы там, в монастыре, не имеете никаких дел с наркотой? Помощь наркозависимым или что-то вроде?
– Нет, конечно. Мы созерца…
– Что ж, это отлично. – Сноупс откинулся на спинку кресла, но яркость все еще оставалась сниженной. – А то могли бы возникнуть проблемы с местными жителями. Думаю, что могли бы. Вероятно, они примирятся с религиозным сообществом по соседству, но наркотики или что-то подобное – это уже чересчур.
– Мистер Сноупс, – твердо сказал брат Оливер, – мы не собираемся переезжать в Нью-Палтц.
Сноупс удивился.
– Буду с вами честен, брат Оливер, – сказал он. – Мы не сможем подыскать для вас ничего на Парк-авеню.
– Мы уже живем на Парк-авеню.
– Да, но не ожидаете же вы…
– И, – брат Оливер прервал его, не прибегая к преимуществам харизмы, – мы хотим остаться на Парк-авеню.
Мистер Сноупс поморщился, задействовав множество лицевых мышц.
– Но, я не понимаю…
– В нашем нынешнем здании, – сообщил ему брат Оливер. – В нашем монастыре. Мы не собираемся переезжать.
Мистер Сноупс растерялся. Он уставился на брата Оливера, обдумывая сложившуюся ситуацию. Отключив сияние своей харизмы, он стал похож на бандита из прерий или подручного адвоката мафии. Теперь он выглядел совершенно непреклонным, еще более серьезным противником, чем Дэниел Флэттери. Я взглянул на брата Оливера, осознавая, что его маска решительности держится на соплях и спичках, но все же держится.
Мистер Сноупс тихо, почти нежно, произнес:
– Брат Оливер, мне кажется, вы не понимаете, что здесь происходит.
– О, нет, понимаю.
– И все же, позвольте мне объяснить, на всякий случай. Вот что происходит: компания «Дворфман Инвестмент Менеджмент Партнерс» купила землю, на которой находятся некие строения. Эти строения будут снесены, и на их месте построят новое здание. Вы вместе с другими монахами являетесь всего лишь арендаторами одного из этих строений, и вам придется переехать. Вот что происходит, брат Оливер, и это происходит в городе последние лет тридцать – вам достаточно выглянуть в окно, чтобы в этом убедиться. Когда процесс запущен – он идет до конца. Обычно все делается спокойно, все остаются довольны и не возникает никаких проблем. Но иногда бывает так, что арендаторы отказываются выезжать. Останавливает ли это процесс? Нет, брат Оливер. Происходит следующее: полиция Нью-Йорка и федеральные маршалы входят в помещение, выкидывают прочь арендатора и его имущество, затем сносят строение по графику, возводят новое здание по графику, а арендатор три часа валяет дурака на тротуаре вместе со своим барахлом. Вот что происходит, брат Оливер.
– Не в этот раз, – сказал брат Оливер.
– Каждый раз, – возразил мистер Сноупс.
Брат Оливер покачал головой.
– Нет. Уверен, вы бы позвонили нам насчет переезда в начале следующего года, потому что к тому времени земля уже стала бы вашей. Но мы узнали обо всем заранее, до того, как вы завладели землей, и это значит, что у нас есть шанс остановить вас.
– У нас есть опцион, брат Оливер, а это почти то же самое, что право собственности.
– Нет, не то же самое, – настаивал брат Оливер. – У нас еще осталось время, и мы используем его, чтобы не допустить то, что должно случиться.
Со снисходительной ноткой в голосе мистер Сноупс сказал:
– И что же вы предпримете? Поговорите с Дэном Флэттери?
Брат Оливер не мог признаться, что Флэттери уже отказал нам, но и солгать он тоже не мог. Я восхитился тем, как он вышел из положения:
– Почему бы и нет?
– Флэттери ничем вам не поможет, – сказал Сноупс. – Он хочет заключить эту сделку так же сильно, как и мы. Даже еще сильнее.
– Есть другие способы, – сказал брат Оливер. – Мы можем добиться статуса памятника архитектуры.