— Накося-выкуси! — довольно оскалился я, сворачивая с главной дороги снова во дворы. Машина — это хорошо, но наглеть тоже не стоит, однозначно, основные дороги или уже перекрыты или будут перекрыты в самое ближайшее время, а у меня даже документов на машину нет. Вспомнив об этом досадном недоразумении, я снизил скорость до минимума и выключил фары, чтобы не привлекать внимание. Лучше плохо ехать, чем хорошо идти.

Город у нас небольшой, население всего полмиллиона, так что ближайшие дворы знаю, как свой собственный, разве что на окраине могу чутка поплутать. Повернул налево, вдоль пятиэтажки, затем через тридцать метров за бетонной трансформаторной будкой направо и выскочил на прямую, как стрела, аллею. Доехал до конца, разом проскочив целый квартал, и снова нырнул во дворы. Попетлял еще минут десять-пятнадцать, потом чуть не нарвался на неприятности на пересечении бульвара Строителей и улицы Ленина. Прямо на кольце стоял полицейский УАЗ. Если бы не короткая автоматная очередь, разорвавшая тишину ночи, хрен бы я заметил их за кустами. План москвичей уже работает, вон даже менты стреляют на поражение.

По-хорошему стоило бы бросить машину здесь и далее двигаться пешком. Бульвар Строителей разделен широкой аллеей, которая могла бы мне послужить идеальным укрытием, но бросать Ниву не хотелось. Пришлось вернуться назад и пересечь Ленина дальше. Маневр сработал, но когда я заезжал во двор, то чуть нос к носу не столкнулся с таким же «пластуном» с погашенными фарами. Мужик на стареньком Крузаке сначала впал в ступор, но потом сориентировался, понятливо кивнул и, пропуская меня, сдал назад. В который раз удивляюсь нашему народу, на улице самый настоящий зомби-апокалипсис, а им на месте не сидится. Хотя судя по мелькнувшему на заднем сиденье раскрашеному под тигра детскому лицу, мужик в своем праве. Ребенок на дне рождении был, а тут такое. Уважаю. Проезжая мимо, остановился, поймал взгляд водителя и жестами объяснил коллеге, что рядом засада. Мужик благодарно кивнул, и мы разъехались.

Без проблем миновал следующий квартал, но когда сворачивал в очередной двор, на меня напала парочка мертвецов. Ходячие бестолково кинулись на автомобиль, первый, гад такой, влетел в пассажирскую дверь и разбил стекло, второй со всего маху ударил в заднюю дверь и отлетел назад. От неожиданности я сначала запаниковал, но потом взял себя в руки. Быстро эти твари в машину забраться не смогут, вот только и у меня от них убежать не получится. Узкие дворы старой застройки и припаркованные машины не дадут разогнаться. Конечно, будь я профессиональным гонщиком, то это не стало бы для меня проблемой, но я простой «водятел».

Первый мертвец бежал рядом, бестолково молотя скрюченными лапами по треснувшему от его удара стеклу в попытках уцепиться. Некоторое время стекло еще сдюжит, а вот потом придется сойтись с уродом на коротке. Второй, что пытался взять машину на таран, пока еще только поднимался, но обещал скоро присоединиться к веселью. Нет, господа мертвецы, так дело не пойдет. Долго возиться мне с вами некогда, поэтому не заставляйте меня нервничать и упокойтесь по-быстрому. Лучше сами, но я готов помочь.

Остановил машину, накинул на себя «плащ» — мир снова окрасился в черно-серо-красные тона, а тьма заволокла сознание, исключая лишние эмоции, оставляя лишь холод и спокойствие. Я стремительной тенью скользнул с водительского сидения, даже дверной замок не щелкнул. Обежал вокруг машины и одним точным ударом между лопаток упокоил первого ходячего, он даже дернуться не успел, как черное пламя прожгло в нем дыру и уничтожило остатки его души. Минус один. Второй еще вошкался на асфальте, бестолково потрясывая ушибленной башкой.

Я с удивлением, пробивающимся даже через холодные объятия тьмы, разглядывал четко отпечатавшиеся на лбу мертвеца буквы «Вас». Затем бросил взгляд на бампер и улыбнулся. Короткое «Вас» оказалось началом отчества «Василич», которое рельефными буквами было нанесено на задней двери Нивы.

— Что ж, Василич, спасибо тебе за машину, — поблагодарил я бывшего владельца Нивы и, более не мешкая, двинулся ко второму мертвецу. В этот раз не стал юлить, ходячий выглядел слишком безобидно, просто и без затей ударил мертвеца в грудь. Мгновение, и черное пламя выжгло внутренности и остатки души нежити. Минус два.

По моим ощущениям резерв просел на самую малость, хотя еще четыре часа назад победа над подобной парочкой грозила бы мне полным истощением. Это было странно и выглядело так, как если бы оголодавшему узнику фашистского концлагеря дали целую коровью ногу и он умял бы ее в один присест, после чего не помер от заворота кишок, а еще и почти мгновенно нарастил бы мышцы. В биологии, по крайней мере нашего мира, так не бывает, а так как магия в той или иной степени подчиняется тем же законам, это было довольно странно. Думается мне, что с вероятностью в 99.9% причина в наследии моего рода. Даже представить себе не могу, что со мной будет, когда магия вольется в наш мир полноводным потоком.

Без проволочек я вернулся в машину, скинул «плащ» и спокойно поехал дальше. До самого проспекта Химиков мне больше никто не встретился, хотя город не спал, и в плотно зашторенных окнах мелькали силуэты жителей. Естественно, не все вняли предупреждению. Вот на одном балконе светится сигарета курильщика, а на другой вышла целая подвыпившая компания. Химическое заражение — это безусловно плохо, но что людям теперь курить бросать? Люди — очень странные создания.

А еще я видел на окнах отчетливые следы окровавленных ладоней. Видел, как с балкона третьего этажа спрыгнул человеческий силуэт, а следом за ним кирпичом рухнуло тело и, судя по крикам боли и характерному урчанию, закончилось все печально. Казалось, за шторами, как в театре теней, мелькали сцены насилия, но тут я не был уверен, кто-кого-и-зачем. Может отбиваются от покойной бабушки, а может игры у них такие.