Луна сдвинулась куда-то вбок и уже не светила так ярко, когда рядом появился Жорж.

— Ну что? Нашли его тело? — равнодушным голосом осведомил он. Я очень обрадовалась его появлению, но его тон и слова резко охладили мою радость.

— Кровь сейчас у кого? — устало уточнила я.

— Ну вот, ни одной эмоции на лице. Это ты мне так радуешься? Или не надо было приходить? — подняв одну бровь, поинтересовался он.

— Да, радуюсь, — с легким сарказмом отозвалась я. — Корбана нашли?

— Нет, хотя мы облазили все корпуса, где не было охраны, и даже один где охрана была, но никого не нашли. Зато вы с Резаром, кажется, преуспели…

Я медленно кивнула тяжелой головой.

— Да. Мы нашли всех… кроме Корбана. Все солдаты погибли, Георг ранен.

— Что?! Так он жив? — Жорж резко подскочил к хозяину и подставил блестящую бляху от ремня к его рту. Металл запотел.

— И правда, жив… — Больше озадаченный, чем обрадованный, Жорж задумчиво отступил. Потом словно заметив меня вновь, криво усмехнулся.

— Ну что, преданная служанка, получается, ты не зря все затеяла? Рада, небось?

— Не передать как! — Тем же тоном отозвалась я. — Так у кого кровь? Резар ранен, Георгу надо лекарство приложить, на шее рана… — Я как можно мягче сообщила, что у него перерезано горло, и, видимо, это сделал спец да так, что кровь вытекала медленно, растягивая смертельную агонию не на часы, а на дни.

Но Жоржа это волновало мало:

— О, я же тебе не все рассказал. В общем, мы все обыскали, никого не нашли, кроме вашего вездехода. Санька сразу вскрыл его, а там, представь, полный бак. Стоит себе под парами, нас ждет! А тут Резар появился с новостями о находке. Праздник просто!

Меня же задевал его равнодушный тон и неприкрытая насмешка и, хотя никаких оснований за это на него злиться не было, я еле сдерживалась.

— Да… на самом деле, удачно все сложилось, — отвернувшись, спокойно отозвалась я,

Через пять минут к нам подошел Лекка, который искренне обрадовался, что Георг жив, чем сразу согрел и успокоил мое разгневанное сердце.

Жорж резко прервал наш радостный обмен новостями.

— С момента, как Санька заведет вездеход, у нас пять секунд на все. Надо успеть загрузить раненого и самим сесть.

Мы быстро погрузили застонавшего Георга на мой плащ и поднесли к краю рощи. Жорж дал сигнал, Санька завел вездеход в ангаре и резко вывел его на дорогу перед нами.

Дальше все понеслось как в фильме Корбана на быстрой перемотке.

Георга погрузили на переднее сиденье, я плюхнулась рядом, резко захлопнув за собой дверь. Жорж хотел присоединиться ко мне, но не успел и Лекка затащил его на задние сиденья кузова.

Мы резко тронулись.

Несмотря на ночь на базе тут же завыли сирены. Высыпали охранники. Открыли стрельбу.

Пуля разбила заднее стекло, вездеход врезался в стену льда, и всех бросило вперед.

— Прклтие!!. — сквозь зубы просипел Санька.

На дорогу перед нами, полностью закрывая проезд, выехал танк. И это был единственный выход с базы.

Пригнувшись, в сполохах разрывов снарядов мы попытались понять, что происходит.

Как смогла, я прижала Георга к сиденью, чтобы его сильно не дергало, засунув плащ ему под голову вместо подушки.

Рядом с вездеходом здорово громыхнуло. Наш водитель резко затормозил, машину занесло, громко затрещало, словно мы на что-то напоролись. Всех швырнуло вперед, снаряжение и все, что лежало на сиденьях, повалилось на пол кузова. Я уперлась ногами в пол и все же смогла удержать и себя, и раненого.

— Вашужмать! Взорвут и имя не спросят! — жестко вцепившись пальцами в сиденья, прошипел Жорж, высунувшийся рядом с водителем. — Нам отсюда не выбраться! Мы в ловушке!

Странно, но я так устала, что даже паниковать не могла.

Только тихо сказала:

— За стеной нормальная дорога, я ее видела… Давай напролом, здесь все ветхое.

— Это вездеход, а не танк, и не трактор! Какой напролом! Чего ты несешь! — гневно рявкнул Жорж, повернувшись в мою сторону.

Но Санька явно меня услышал, направив вездеход на стену.

Несколько крайне напряженных минут, когда дыхание затаили все, кто был в машине, раздался треск, и мы буквально вывалились на дорогу за территорией базы. Машину нещадно трясло на обломках стены, однако мы все же смогли вырваться из-под прямого прицела.

Позади раздавались противоречивые команды — одни приказывали атаковать, другие — сесть в машины. Кто-то приказывал танку срочно стрелять…

Голова гудела, в ушах звенело, но, по крайней мере, вроде все целы. С трудом пошевелила руками и ногами, чтобы убедиться, что все в порядке. Рядом застонал Георг.