Комната у Стужева оказалась не очень большой, где-то пять на пять. Кровать одна, зато двуспалка. Шкаф, комод, тумба, два мягких кресла у окна и чайный столик. В углу подвесной тренажер, на котором можно подтягиваться и качать пресс, гантели. На полу ковер. Два окна, одно с выходом на небольшой балкон. Дверь в персональный санузел. Вот, собственно, и всё.

Ну и мой чемодан у стены справа от входной двери.

— Извини за эту путаницу, — повинился уже Стужев, но я раздраженно отмахнулась. — Не думал, что она воспримет всё настолько буквально.

— Перестань. Она мать, — моя улыбка была грустной. — Очень хорошая мать. Завидую тебе…

Я отошла к окну и выглянула на улицу, сразу увидев просто огромную оранжерею, занимающую практически треть не самого малого участка, который буквально утопал в зелени. При этом увидела я и красиво оформленные дорожки, и лавочки, и фонтанчик…

— А который час?

— Половина четвертого.

— В ресторан поедем в шесть?

— Скорее в половину седьмого.

Ага…

— Не против, если я прогуляюсь по вашему двору? Выглядит, как полноценный парк!

— Конечно, без проблем. Составить тебе компанию?

Поколебавшись, тем не менее кивнула. Отказываться будет слишком некрасиво. А неловкость мы как-нибудь переживем.

В итоге я лишь заранее достала из чемодана платье на вечер, повесив плечики на створку шкафа, и мы отправились вниз. Во внутренний двор вышли через вторые двери, моментально оказавшись в зеленом раю, который цвел и просто одуряюще пах. При этом запахи были не чрезмерны, гармонично сплетаясь в яркий, чарующий аромат, и мы неторопливо отправились вперед.

Стужев искренне поразил тем, что отменно разбирался в ботанике, сразу признавшись, что провел среди клумб всё детство, а мать охотно делилась с ним знаниями, рассказывая истории о цветах, кустах и деревьях вместо сказок. Это не пригодилось ему во взрослой жизни, но знания остались и сейчас он мог с поразительной легкостью рассказать мне о любом растении, на которое я обращала внимание.

Это было… мило.

Сама я разбиралась в растениях поскольку постольку, зная лишь самые базовые из них: березу и дуб, азалию и одуванчики, хризантемы и пионы, ну и всё в таком роде. В итоге мы, никуда не торопясь, изучили весь парк где-то за час-полтора, а потом в нем стало шумно — это подъехали остальные гости и ребятишки выбежали на природу, устав от долгой поездки.

Петр и Лидия были младшими братом и сестрой Романа, причем если у Петра, майора на пенсии, уже были внуки — трехлетние близнецы Костя и Кеша, то Лидия приехала с девятнадцатилетней дочерью Валерией. Её муж погиб несколько лет назад, зачищая разлом, но она получала хорошую пенсию от министерства, да и сама работала там же в отделе кадров и получала неплохую зарплату — денег на жизнь хватало. Особенно судя по дочери, которая была одета в модные вещицы не самого дешевого бренда.

Сама я к такому не присматривалась, слишком молодежный и отчасти даже вульгарный стиль, но на молодой девушке это смотрелось неплохо, хотя можно было бы надеть платье и подлиннее. Особенно на день рождения дяди.

В остальном Валерия мне тоже не понравилась. Аристократкой она не была, но гонор имела соответствующий — словно ей все должны априори. Выбеленные локоны, вздернутый носик, подколотые косметологом губы, нарощенные ресницы, грудь с имплантами — уже в свои юные девятнадцать девица была не слишком натуральной.

Нет, не осуждала. Каждый сходит с ума по своему. Но взгляд свысока и пренебрежительный фырк в мою сторону за минуту до того, как меня представили графиней, всё сами сказали за себя. Подругами нам не быть.

И нет, ситуацию не спасла её заискивающая улыбка с оттенком подобострастия после знакомства, мне такое ни к чему.

Как бы то ни было, меня перезнакомили со всеми, причем сам Стужев представил меня родне коллегой и деловым партнером, что в целом было почти верно, ведь мы сотрудничали в плане зачистки разломов и финансово, а ещё через какое-то время приехала его сестра Анастасия с приятелем Джонатаном, и из дома вышла мать с младшей сестрой Антониной.

Девушки мне понравились, обе. Никакого высокомерия и лишнего гонора. Самые обычные девушки, каких в империи миллионы. Разве что обе очень привлекательны, хотя на мать похожа лишь младшая Тоня, тогда как старшая — рыженькая хохотушка с задорными веснушками на весь нос. Егор подтвердил, что Настя пошла в отца.

Я и сама заметила, что родня Стужева больше в рыжину, хотя не слишком явную, но всё же геном прослеживается четко и в Лидии, и в Петре, и в его дочери с внуками.

Кто мне не понравился ещё, так это Джонатан. Русые волосы с намечающимися залысинами на висках, долговязый, в очках. Мужчине было к тридцати, он имел парный дар камень-песок восьмого ранга, физически был скорее задохликом, чем спортсменом, хотя задатки имел неплохие, но спорту внимания не уделял. Русский язык мужчина знал плохо и с Настей общался преимущественно на английском, который, в свою очередь, практически не знали остальные.