— Что делать?

— Ждать меня вот так. — Ее глаза снова метнулись ко мне, и я заметил в них легчайшую нерешительность. — Ты не обязан...

Я подошел еще ближе, обрывая все, что она собиралась сказать. — Наталья, — сказал я низким голосом; мой пристальный взгляд остановился на ней. — Ты действительно думаешь, что я куда-нибудь пойду без тебя сегодня вечером?

Она тихонько вздохнула, ее руки крепче сжали ремешок сумки. — Это не...

Нахмурившись, я приподнял бровь, призывая ее закончить предложение.

— Умно.

— Может быть, — Я согласился небрежным тоном. — Ну и что?

Ее губы слегка приоткрылись, как будто она собиралась возразить. Вместо этого она посмотрела в сторону машины и покачала головой. — Ты невозможен.

— Тебе это нравится.

Она не ответила, но то, как дрогнули ее ресницы, когда она посмотрела на меня, было всем, что мне нужно было знать.

Я отступил в сторону, открывая пассажирскую дверь медленным, обдуманным движением.

Ее глаза не отрывались от моих, когда она снова покачала головой, на этот раз мягче.

Я тяжело вздохнул. — Садись в машину, Наталья.

— Только не тогда, когда я даже не знаю, что это такое.

Это.

Мы.

— Все, что ты захочешь, чтобы это ни было.

Черт, я отчаянно нуждаюсь в этой девушке. Внутри меня есть темная потребность быть с ней. Несмотря ни на что.

Она хотела, чтобы мы встречались тайно? Прекрасно.

Друзья с привилегиями? Пока я был единственным, кто доставляет ей удовольствие.

Эксклюзивность? Я забыл о существовании других девушек с тех пор, как встретил ее.

Если бы только она знала, она могла бы получить от меня все, что захочет.

Она опустила глаза. — Мне не нравится твой ответ.

Я нахмурился, прежде чем понял. Она подумала, что я имел в виду что угодно.

— Я хочу, чтобы ты была моей. Больше ничьей. — Шагнув вперед, моя рука обвилась вокруг ее талии, притягивая ее ближе к себе. — И я хочу быть твоим. — Ее глаза снова встретились с моими. — Как тебе это?

— Все еще немного расплывчато, — Пробормотала она, и румянец на ее щеках усилился.

Я не смог бы сдержать ухмылку, скривившую мои губы, даже если бы попытался. — Ты будешь моей девушкой, amai?

Наталья протиснулась мимо меня, хлопнув меня по груди, прежде чем сесть в машину. — Ладно, жми на тормоз, плейбой.

Вздох веселья вырвался у меня, когда я поднял руку, чтобы потереть подбородок. Она что, специально меня подтолкнула? Она ещё поплатится за это сегодня вечером.

Захлопнув ее дверцу, я обошел капот и сел со стороны водителя. Когда я сел за руль и завел двигатель, низкий рокот наполнил тишину, я взглянул на нее. Она смотрела прямо перед собой, крепко сжав руки на коленях, но на ее губах играла едва заметная улыбка.

— Хороший выбор, — Сказал я, переключая передачу. Она посмотрела на меня, приподняв идеальной формы бровь. — Сесть внутрь.

То, как расслабились ее плечи, сказало мне, что она не жалеет об этом.

Пока нет.

— Итак, куда ты меня ведешь?

— Ужин и кино, как по-твоему, подойдет?

— Из темной библиотеки в темную раздевалку, на темную парковку, и после в темный кинотеатр? — Я улыбнулась, склонив голову. — Я чувствую закономерность.

Тревор усмехнулся, выезжая со стоянки кампуса и направляясь в центр. — Тебе понравится.

— А если нет?

Остановившись на красный свет, он взглянул на меня, багровые тени легли на наши лица. — Мы сделаем все, что ты захочешь.

— Все что захочу? — Тихо спросила я, в моем голосе слышался намек, когда я наклонилась над центральной консолью ближе к нему.

Его полуночный взгляд опустился на мои губы, и я почувствовала, как он заурчал в предвкушении. — Ты имеешь в виду что-нибудь конкретное?

Когда он наклонился и наклонил ко мне голову, оставив между нами несколько дюймов, я тоже наклонилась, коснувшись губами уголка его рта. — Ммм...

— Ммм? — Повернув голову, Тревор поймал мою нижнюю губу между своими, целуя меня с самым сладким притяжением. — От тебя одни неприятности, — пробормотал он в поцелуй.

— Именно так, как тебе нравится.... — Я улыбнулась ему в губы, тихо рассмеявшись.

Его рука обхватила мое горло, притягивая меня обратно, когда он поцеловал меня глубже. — Ты даже на вкус как проблема. Неудивительно, что я не могу остаться в стороне.