Шрифт:
Он придвигает ко мне стопку бумаг, протягивает дорогую ручку — мой подарок Гордею на юбилей компании:
— Вот здесь, и здесь, — указывает места для подписи. — И ещё на третьей странице.
Беру ручку, смотрю на бумаги.
Рука зависает над первой строкой для подписи. Сердце колотится в груди, отсчитывая секунды.
И в этот момент дверь с грохотом распахивается.
В кабинет врываются люди в форме, а за ними — сотрудники в штатском.
— Станислав Георгиевич Карпов? — мужчина с властным голосом показывает удостоверение. — Вы задержаны по подозрению в организации покушения, мошенничестве в особо крупных размерах…
ГЛАВА 55
Договорить он не успевает — Станислав вскакивает, опрокидывая стул. На его лице искреннее изумление, быстро сменяющееся паникой:
— Что происходит?! Вы не имеете права!
Двое офицеров хватают его за руки, заламывают за спину, прижимают лицом к столу. Звук защёлкнувшихся наручников разрезает воздух, как хлыст.
— Это ты не имеешь права так себя вести, — произношу ледяным тоном, наблюдая, как он извивается в руках полицейских.
Станислав поднимает голову, глаза расширены от шока:
— Мирослава Андреевна, что происходит? Это какая-то ошибка!
— Что, Стасик? — встаю, обхожу стол, оказываюсь прямо перед ним. — Сильно расслабился? Думал, что я всё та же дурочка, которую мужчины могут обвести вокруг пальца?
В его взгляде — растерянность, недоверие. Он всё ещё не понимает, что произошло.
— В принципе, разыгрывать саму наивность мне было на руку, — продолжаю, доставая из сумки планшет. — Ты совсем потерял бдительность, думая, что я тупая курица, не видящая дальше своего носа и ничего не понимающая.
Включаю видео.
На экране — сам Станислав в своём кабинете, разговаривает по телефону:
— Нет, не сейчас. Нужно сначала запугать её. Чтобы прочувствовала. Сначала Демидова, потом убрать её нового хахаля, а то он мешает. Да, деньги будут завтра по обычной схеме.
Другая запись — его квартира, разговор с каким-то мордоворотом:
— Биты подбросить в спортзал, на втором этаже, за стеллажами. Татуировку нарисуешь точно такую же, как у него. Главное, чтобы на камеру попало.
— Откуда это у тебя?! — Станислав дёргается, пытаясь вырваться из хватки полицейских.
— Мой частный детектив — очень хорош! — улыбаюсь, наслаждаясь моментом. — Он установил скрытые камеры в твоём кабинете и квартире. Очень профессионально, незаметно, не правда ли?
Мужчина в тёмном костюме — тот самый детектив — делает шаг вперёд:
— Мы также обнаружили ваши тайные счета. Все переводы бандитам, которые осуществили нападение. И, что особенно интересно, — достаёт пакет с доказательствами, — билеты в Америку на сегодняшний вечер. У вас уже и виза готова. Планировали забрать акции Мирославы Андреевны и улететь? А потом продать весь завод и получить средства для новой жизни?
Станислав замирает. Его лицо, только что искажённое страхом, медленно меняется. Страх сменяется яростью — дикой, неприкрытой. Маска вежливого помощника слетает, открывая его истинное лицо.
— Ах ты хитрожопая сука!!! — взрывается он, дёргаясь в наручниках. — Всё продумала, да?!!! Ты и твой шавка-детектив?! Да ты без мужика рядом вообще ничего бы не смогла! Сначала Гордей тобой руководил, потом этот твой … тренер! Сама ты ноль, пустое место!!!
Его взгляд, налитый кровью от ярости, мечется по кабинету, задерживается на мне. Столько ненависти я ещё не видела.
Один из офицеров — массивный, с тяжёлой челюстью — резко дёргает его за наручники:
— Заткнись! — голос звенит сталью. — Ещё слово в таком тоне, и я...
Станислав не слушает. Его прорвало:
— Думаешь, избавилась от меня? Думаешь, я один такой? Да таких, как ты, на куски рвут в бизнесе! Баба-директор! Насмешка! Я бы эту компанию...
Офицер не выдерживает — резко бьёт его по лицу.
Хруст! Звук удара слышен даже через шум в кабинете. Кровь брызгает на белоснежную рубашку Станислава, заливает подбородок.
— Ты!.. — верещит он, как побитая крыса. — Вы ответите за это насилие!
Подхожу ближе, смотрю ему прямо в глаза:
— Нет, это ты ответишь. За то, что из-за тебя погиб мой охранник. За воровство денег. За обманы. За подставу Александра. Ты сгниёшь в тюрьме, подонок!
Станислава уводят, а я опускаюсь в кресло, сжимая виски руками.
Всё кружится перед глазами. Тело, до этого напряжённое, как струна, вдруг обмякает. Реакция после стресса — руки начинают дрожать, становится тяжело дышать.