В офисе компании деловая суета. Стрекот принтеров, приглушённые телефонные разговоры, быстрый перестук каблуков по полу холла. Только теперь я смотрела на всё это другими глазами.

За это непродолжительное время, пока Гордей “в командировке”, я быстро освоилась и привыкла к новым реалиям.

Раньше я проскальзывала в эти двери тенью, ощущая себя чужой, неуместной гостьей на празднике жизни.

«Супруга директора» — вот и вся моя роль.

Сегодня каждый шаг по направлению к лифтам был наполнен новым смыслом. Это уже не «компания Гордея», не «фирма мужа», а моё наследство. Моя ответственность. Моё право, которое мне передал мой отец. Здесь всё пропитано отцовской энергией — от философии бренда до мельчайших деталей дизайна интерьера. Он строил этот бизнес не для зятя-выскочки, а для меня.

Поднимаясь в лифте, я поймала своё отражение в зеркальной стенке. Всё еще не могу привыкнуть. Странное чувство — будто смотришь на кого-то другого. Эта женщина с прямой спиной и уверенным взглядом не могла быть мной, Мирославой, которая двадцать лет пряталась в тени своего мужа. Но это была я — новая версия меня. Ещё непривычная, ещё не до конца обжитая, как новое платье, которое нужно немного поносить, чтобы оно село по фигуре. Но определённо — я.

Дверь кабинета Станислава была приоткрыта. Я услышала обрывок телефонного разговора:

— ...документы готовы, нужна только подпись... Да, всё по схеме, которую вы одобрили... Конечно, проведём через ту же фирму-прокладку...

Я постучала костяшками пальцев по дверному косяку, и Станислав резко обернулся. На его лице промелькнуло выражение, которое я не могла точно определить.

Он или испугался или удивился.

— Мирослава Андреевна! — практически подскочил из-за стола, поспешно завершая звонок. — Рад вас видеть! Вы... — на мгновение запнулся, явно подбирая слова для комплимента, но решил ограничиться деловым тоном: — Документы по Астраханскому проекту готовы к рассмотрению.

Я присела в кожаное кресло напротив его стола — не на диванчик у стены, куда обычно усаживали жён и «нерабочих» посетителей, а именно в кресло для деловых партнёров. Сумочку положила не на пол, как раньше, а на стол — небольшой, но значимый жест доминирования территории. Мелочь, но Станислав заметил — я уловила, как дрогнула его бровь.

Разворачивая папку с документами, я ощутила странное спокойствие. Цифры, графики, аналитические выкладки — всё то, от чего раньше у меня начинала кружиться голова, от чего я малодушно отмахивалась: «Милый, ты лучше разбираешься, решай сам». А сейчас? Сейчас цифры складывались в чёткую, понятную картину — как детали мозаики, находящие свои места.

Я перелистывала страницы, анализируя поток информации, и с каждой минутой во мне крепла уверенность: я могу это. Могу понимать, управлять, принимать решения. Всегда могла — просто Гордей методично внушал мне обратное.

— А почему мы используем этого поставщика? — я указала пальцем на строчку в смете. — Их цены на 15% выше рыночных. И это при том, что мы закупаем у них большие объёмы, должна быть существенная скидка.

По его лицу пробежала тень растерянности — он явно не ожидал от меня подобных вопросов.

— Гордей Григорьевич настоял... — он неуверенно пожал плечами. — У них якобы лучшее качество. И долгосрочное партнёрство...

— Но вот анализ их последних поставок, — я достала из сумочки распечатку, которую подготовила заранее, разложив её веером перед ним. — Три случая серьёзного брака за последний квартал, систематические задержки с отгрузкой. Я проверила контракт — штрафные санкции за срыв сроков были включены, но ни разу не применялись. Странно, не находите?

Я сделала паузу, наблюдая, как Станислав изучает цифры, и его лицо постепенно меняется — от вежливого недоумения до искреннего интереса.

— А вот здесь, — я перелистнула страницу, — альтернативный поставщик. Посмотрите внимательно: качество на том же уровне, что подтверждается независимыми тестами, цены ниже на 22%, логистика лучше — у них четыре распределительных центра вместо одного. — Я постучала пальцем по таблице. — При наших объёмах это экономия около сорока миллионов в год.

Станислав взял распечатку, изумлённо просматривая данные. Его кадык дёрнулся, когда он сглотнул:

— Это... это очень дельное замечание. Даже не дельное, а... блестящее, если честно. — Он поднял на меня взгляд, в котором читалось искреннее удивление. — Вы сами провели этот анализ?

— У меня было время разобраться в делах, — я пожала плечами, стараясь не выдать своего удовлетворения, хотя внутри меня разливалось тепло от осознания собственной компетентности. — И ещё я заметила странность в расходах на маркетинг. Посмотрите, — я открыла ноутбук и развернула его экраном к нему. — Мы якобы вложили три миллиона в эту рекламную кампанию, но на деле её бюджет был вдвое меньше, судя по фактическим затратам на размещение. Я проверила все площадки. Остальное...

— Ушло через подставную фирму, — понизил голос, наклоняясь ближе, словно опасаясь прослушки. — Я замечал подобные вещи, но Гордей Григорьевич... — он запнулся, явно подбирая слова. — Скажем так, он не поощряет излишнюю инициативу в отслеживании финансовых потоков.