"У тебя экономическое образование. Красный диплом! Ты справишься..."

Не справилась. Струсила. Сломалась после истории с проверкой. Может, действительно надо было "договориться"? Все так делают. А я... я же хотела по закону, по совести. Как учил отец.

Но к чему это привело? К убыткам! Подставила других людей. Нет, это явно не для меня.

На столе завибрировал телефон — сообщение от Гордея:

"Не забудь забрать мой костюм из химчистки. И купи салфетки для обуви, которыми я всегда пользуюсь. И на завтра приготовь что-нибудь полегче, что-нибудь рыбное.

Я вздохнула. Значит, сегодня снова целый день по его поручениям. А ведь у меня были свои планы — собрание попечительского совета фонда, новый проект помощи сиротам...

"Твои сироты никуда не денутся", — словно наяву услышала его снисходительный тон.

В отражении кухонного окна я увидела своё лицо — осунувшееся, с синяками под глазами. И правда старушка. Потерянная, никчёмная...

В кармане халата звякнул телефон — на этот раз уведомление из Фейсграма. Карина выложила новое фото: розовый закат, терраса модного ресторана, бокал с каким-то коктейлем. Хэштег "живи сегодня".

И, конечно, ни слова о том, что снова пропускает занятия в университете, чтобы жить “на полную”!

Палец завис над кнопкой вызова.

Когда мы в последний раз нормально разговаривали? Не переписывались в мессенджере, а именно говорили? Месяц назад? Два?

"Мам, ну что ты опять? — представляю как услышу её раздражённый голос. — У меня всё нормально. Да, пропустила пару лекций, ну и что? Папа говорит — главное связи, а остальное приложится".

Папа, папа, папа... Всё через него. Деньги на счёт — от него. Разрешение на очередную вечеринку — тоже он.

"Доча, развлекайся, молодость одна!"

А то, что я против её ночных загулов — кого это волнует?

"Мирочка, не занудствуй", — говорит Гордей, когда я пытаюсь возразить.

"Девочка должна жить на полную катушку. Что ты со своими нравоучениями? Сама-то что умеешь, кроме как котлеты жарить?"

И Карина, глядя на меня, только презрительно хмыкает. Всё чаще замечаю в её взгляде тот же снисходительный прищур, что и у отца. Будто я не мать, а так... обслуживающий персонал. Кухарка. Прислуга.

Я убрала телефон. Надо собираться — впереди день беготни по Гордеевым поручениям. Химчистка, магазин, а потом ещё надо успеть забежать в фонд... Надеюсь успею.

А дочь... Что ж, она уже взрослая. Своя жизнь. В которой для меня, похоже, места всё меньше и меньше.

***

Перебираю карманы пальто мужа перед химчисткой — Гордей вечно забывает выложить документы и мелочь. Я натыкаюсь на небольшую коробочку.

Виагра.

Сердце ёкнуло.

Вот оно что... Вот почему он такой дёрганый в последнее время! Как сам не свой, злится на меня, почему огрызается по любому поводу. У него просто... проблемы. По-мужски.

Я присела на край кровати, разглядывая упаковку. Дорогая, импортная виагра — наверное, из тех, что даже в элитных аптеках под заказ. В памяти всплыли обрывки воспоминаний — когда у нас в последний раз была близость? Месяц назад? Два? Или уже три? Он всё время находил отговорки: устал, голова болит, завтра важная встреча, надо выспаться…

Я пыталась себя успокоить — ну что ж такого? Возраст всё-таки, не двадцать лет. Да и не в сексе счастье. Вон подруги жалуются — мужья пристают, спасу нет, а тут... тишина и покой.

Главное ведь душевная близость. Хотя... какая душевная близость, если мы даже толком не разговариваем? Встречаемся только за ужином, да и то — он вечно в телефоне или ноутбуке. Говорит в основном о каких-то отвлечённых вещах — политика, курсы валют, новости спорта. А потом привычное:

"Устал как собака, надо отдохнуть" — и уходит смотреть футбол в кабинет.

Раньше мы хотя бы обсуждали планы на будущее, говорили о Карине, о работе. А теперь я даже не знаю, что происходит в его жизни. В нашей жизни.

Открыла браузер в телефоне.

"Импотенция у мужчин после 45…”

Десятки статей, сотни советов. "Возрастные изменения", "Стресс на работе", "Эмоциональное выгорание"... Картинка постепенно складывалась — и от этого становилось только тоскливее.

"Многие мужчины в зрелом возрасте испытывают проблемы с потенцией", — вещал какой-то медицинский сайт. "Это естественный процесс, но современная медицина..."

Я вспомнила, как недавно пыталась его обнять, а он отстранился:

— Не сейчас, я занят.