Она сразу оттолкнула компьютер, побежала вниз, чтобы взять папку с зеленой резинкой, которую ей дал Генри Кобб. Вернувшись в спальню, она открыла папку и вынула фотографию жертвы из фильма. Не было никаких сомнений. Это было то же лицо.

Его взгляд перебежал к содержанию статьи.

Тревожное исчезновение в Лиможе

Вечером во вторник, 28 июля, пропала 21-летняя девушка, одетая в джинсы, бежевый свитер с высоким воротником и белые кроссовки. В 19:30 она вышла из музыкальной школы, где учится играть на фортепиано, и, как и каждый вечер, предположительно прошла через парк Виктора Тюйята, чтобы вернуться домой, но туда так и не прибыла. С этого момента ее телефон также недоступен.

Полиция разыскивает девушку ростом около 170 см, с карими глазами, среднего телосложения, с длинными каштановыми волосами и большой татуировкой на левом икре. По информации, собранной следователями, она была очень любима всеми, кто ее знал, и не имела судимостей. Ее зовут Роми, она живет с родителями и изучает географию в университете. Все, кто располагает какой-либо информацией или думает, что видел или слышал что-то, просьба связаться с правоохранительными органами.

Лизин взяла стакан с виски и опустошила его одним глотком. Ее открытия превосходили всякое воображение. Летом Роми была похищена. А затем зверски убита. И у нее были доказательства. Своего рода бомба, от которой она не знала, как избавиться. Руки дрожали, когда она набирала в поисковике «пропала, - Роми, - Лимож.
– Результатов было множество. Она открыла первые сайты: заявление прокурора, показания друзей и родственников, пресс-конференции...

Была даже группа в Facebook «Найдём Роми, - где на профильной фотографии была девушка вместе с родителями. Лизин увидела её и почувствовала комок в желудке. Расследование зашло в тупик. Самые свежие статьи были написаны несколько недель назад. Внимание к делу угасало, сообщения становились всё более редкими.

Постепенно улыбка этой девушки погружалась в бездну забвения. Лизин лихорадочно вернула страницу в социальной сети и уставилась на лица матери и отца. На фотографии они были счастливы, но они были с дочерью и в тот момент, конечно, не могли представить, какой ад обрушится на них. Она подумала об их разбитых жизнях, об их боли.

Наверняка они каждый час каждого дня задавались вопросом, где Роми, жива ли она, страдает ли...

А она знала. И, возможно, она была единственной, кроме монстров, совершивших это ужасное преступление, кто знал правду. Или, вернее, нет: Арианна тоже должна была знать, ведь она нашла статью о пропаже. И, возможно, ее самозванка тоже.

Лизин вспомнила о коробках, полных газет, в заброшенном доме. Две женщины искали личность жертвы на страницах криминальных новостей, исходя из лица, увиденного на пленке? Это казалось слишком случайным. Возможно, у них были другие, более точные элементы, чтобы ориентироваться в своих поисках... Это было невозможно узнать. Лизин пойдет в полицию и расскажет все, прежде чем вернется в Руан.

У нее не было выбора, даже если это могло доставить неприятности студенту. Но сначала она хотела проследить за девушкой с фиолетовыми волосами. Она хотела приблизиться к этим мерзким существам. Это были бы дополнительные сведения, которые она могла бы предоставить полиции. Ее будут упрекать, что она не пошла туда раньше, будут допрашивать, у нее будут проблемы с законом, но это не имело значения. Роми нужно было отомстить. Эти свиньи – это было самое подходящее слово – заплатят, кем бы они ни были и где бы ни прятались.

Она подняла глаза. На левой стене белый свет двигался по диагонали. В теории в этом не было ничего странного. Это были фары машины, проезжавшей по улице между ее домом и стадионом. Только движение было намного медленнее, чем обычно. Лизин сразу наклонилась к лампе и выключила ее. Затем она незаметно подошла к окну. На улице было темно, но она все же смогла разглядеть большой полноприводный автомобиль, похожий на пикап, с открытым кузовом. Однако было невозможно разглядеть, кто за рулем. Автомобиль проехал мимо дома, не замедляя хода, и в конце концов исчез.

Лизин поняла, что задержала дыхание. Она выдохнула, чтобы избавиться от тревоги. Сердце бешено билось. Она начинала впадать в паранойю.

– Ты сходишь с ума. Никто не должен знать об этом.

Она говорила вслух, ей нужно было слышать свой голос, чтобы успокоиться. Когда она почти успокоилась, ее охватило новое сомнение. Она спустилась в прихожую, надела туфли, взяла куртку и вышла на свежий воздух. Там она остановилась у края дороги и посмотрела на окна своей комнаты.

Свет был включен, и его было видно даже через закрытые ставни. Может быть, этот человек проходил здесь каждый вечер в ожидании какого-нибудь признака жизни? Лизин сбежала в Руан после ограбления дома, не оставив ни следа, ни адреса. Может быть, они терпеливо ждали ее возвращения, чтобы раз и навсегда заполучить пленку, которую не смогли найти в первый раз.

Она бросилась обратно в дом, заперла дверь на двойной замок и стала рыться в ящике, из которого вытащила электрошокер для самообороны. Его можно было использовать только один раз: одна мишень, один выстрел. Она перечитала инструкцию по применению: снять предохранитель, нацелиться на часть тела, желательно на туловище или спину, и выстрелить. Электроды могли проходить сквозь одежду. Попадая в плоть, они вырубали любого на пять минут.

Возможно, она зря волновалась, но в противном случае она была в опасности, и даже электрошокер не смог бы ей помочь.