— Да, просто непривычно до сих пор, — говорит смущенно. — Тем более, к Александру Романовичу я обращаюсь по имени и отчеству.

— Я не Александр Романович, — продолжаю. — Хотя ладно, не буду настаивать. Как тебе удобно.

Девушка неуверенно улыбается, но не волнение никуда не девается. Мне это совсем не нравится.

— Все в порядке? — интересуюсь осторожно.

— Нет, — отрицательно качает головой. — Александр Романович сегодня как с цепи сорвался.

— Что на этот раз? — поджимаю губы.

— Я точно не знаю, но общение с нашей Галиной Николаевной происходило на повышенных тонах, — выдает Лера, оглядываясь по сторонам. — Она говорила, что напишет заявление на увольнение.

— Не к добру это.

— Как мы без Галины Николаевны? — говорит тихо.

Как же нужно было довести финансового директора компании, чтобы она произнесла слова об увольнении. Галина Николаевна работает очень давно. Она является одним из самых спокойных людей, которых я знаю.

— Решим этот вопрос. Никуда она от нас не денется, — заявляю решительно. — Так, ладно. Уваров у себя?

— Да.

— Отлично. Хорошего дня, Лер.

— И вам, Вероника.

Я подхожу к кабинету Саши, откуда раздаются громкие голоса. Один из них принадлежит Уварову, второй — женский. Скорее всего, там находится кто-то из сотрудников, но я не могу разобрать, кто именно. Негромко стучу в дверь и, не дождавшись приглашения, открываю ее. Галина Николаевна разговаривает с бывшим мужем на повышенных тонах.

— Доброе утро! — начинаю приветливо. — Прошу прощения за вторжение, что здесь происходит?

— Доброе утро, Вероника Сергеевна! — возмущенно восклицает финансовый директор. — А происходит то, что спустя пятнадцать лет своей работы я хочу уволиться. Вы меня простите, но я не могу работать с Александром Романовичем.

— Доброе утро, Вероника! — Уваров сдержан. — Мне всего лишь нужен финансовый отчет за последний квартал с разбивкой по затратам.

— Галина Николаевна, в чем загвоздка? — интересуюсь я.

— А в том, что вчера вечером в программе произошел системный сбой, — деловито поясняет она. — И данные, которые я формировала утром, в корне не верные. А для того, чтобы собрать отчет руками, нужно убить как минимум полдня.

— Я вас поняла, — коротко киваю. — Посмотрите, пожалуйста, в почте письмо, которое вы отправляли мне недели три назад. У меня такое ощущение, что там как раз есть нужная для Александра информация.

Лицо Галины Николаевны вмиг проясняется. Кажется, я попала в точку и с легкостью разрешила напряженную ситуацию. Мысленно хвалю себя.

— Я проверю. Если я больше не нужна…

— Да, вы можете идти. Хорошего дня, Галина Николаевна, — улыбаясь, мягко произношу я.

— Спасибо. И вам.

Женщина выходит из кабинета, оставляя нас с Уваровым одних. Победно вздернув подбородок и скрестив руки на груди, я поворачиваюсь к Саше, который окидывает меня настороженным взглядом. Растягиваю губы в улыбке в ожидании похвалы в свой адрес.

— Спасибо, — после длительного молчания наконец говорит он. — Мне необходимо изучить некоторые цифры в части затрат.

— Хочешь сократить? — удивляюсь я.

— Да, есть мысли, как можно улучшиться, — задумчиво протягивает Саша.

— Саш, я сэкономила на всем, на чем только было можно, — делаю несколько шагов к его столу и опускаюсь на стул напротив. — Конечно, если у тебя есть разумные идеи, то я готова обсуждать.

— Они появятся, нужно только взглянуть на цифры.

— Сегодня планируется встреча с Артемьевым. Поприсутствуешь? — уточняю.

— Да, для него, кстати, тоже есть кое-какое предложение, — удивляет меня Уваров.

— Час рабочего время, оказывается прошел очень продуктивно, — усмехаюсь я.

— В отличие от твоего, — посылает мне улыбку.

— Я очень редко опаздываю, и чаще всего, причины существенные, — зачем-то пытаюсь оправдаться.

— Все в порядке, Ника. Ситуации случаются самые разные.

— Спасибо, — вырывается непроизвольно. — Ладно, я пойду. Нужно многое успеть сделать до встречи с Артемьевым.

Я встаю со стула и быстрым шагом направляюсь к двери. Поворачиваю ручку, собираясь выходить, как вдруг меня останавливает голос бывшего мужа:

— Я заеду вечером, Ника.

Я не оборачиваюсь, лишь крепче сжимаю ручку двери.

— К дочери. Хочу с ней познакомиться поближе, — добавляет он.

Ничего не ответив, я наконец покидаю кабинет Уварова, ощущая в груши легкое волнение от его слов. Разумеется, теперь помимо работы мы будем пересекаться и в обычной жизни — от этого никуда не денешься, но все происходит слишком быстро.