— Не будем, — гордо сказал Гренхейм. — Этот аномал, — кивнул он на меня. — его одолел.

Старик посмотрел на меня пронзительным взглядом и засеменил ногами, подходя ближе. Оказавшись на расстоянии вытянутой руки, он внимательно осмотрел меня.

— Ты одолел его? Один? Как же так?

— Мне просто повезло, — начал я сочинять. — Я пытался спрятаться от него среди руин, и мне удалось обрушить на него разрушенную крышу здания.

— Вы проверили место, где погиб паук? — Парфей взглянул на Корена.

— Нет, но Техно выручил нас, когда мы столкнулись с Занерой.

Я не совсем понял, почему Корен солгал, но, вероятно, это было необходимо.

— С Занерой? — воскликнул он и в один шаг преодолел несколько метров, словно это был рывок, оказавшись рядом с Кореном. — Вы победили? — с любопытством спросил он, изменив тон.

Корен отрицательно помотал головой. Парфей снова нахмурился и опустил голову.

— Отдыхайте, а я поговорю с Фироном, — сказал он, и посмотрел на меня. — Проводите гостя в домик Литы и накормите его.

После этих слов он ловко забрался на лиану и, словно на резинке, взлетел вверх, скрывшись в листве дуба. Наша группа начала расходиться, а Корен позвал меня за собой. Мы гуляли по улочкам деревни, и я чувствовал, как меня окутывает атмосфера домашнего уюта. Это чувство было мне давно незнакомо, но сейчас оно словно наполнило мою душу. Икара тоже была в хорошем настроении и как будто намекала, что неплохо было бы здесь задержаться. Я не задавал Корену никаких вопросов, пока мы шли, видя, что он ушел в себя.

Наконец мы пришли к небольшому домику. Корен открыл дверь и предложил мне располагаться здесь и чувствовать себя как дома. Я вошёл внутрь. Это был однокомнатный домик с тремя окнами. Справа от входа, а дальнем углу, находилась лестница, ведущая на чердак. Слева от лестницы стояла печь, на которой можно было спать. По стене, слева от печи, до самого подоконника были уложены дрова. У правой стены, под окном, была скамейка. Посреди комнаты стояли деревянный стол и два стула. Ещё одно окно находилось на той же стене, где и дверь, — слева от входа.

Корен предложил мне прогуляться по деревне, а затем вернуться через пару часов на обед и ушел по своим делам. Я закрыл за ним дверь и сразу же поднялся на чердак. Там я увидел ещё одну кровать, стоящую возле треугольного окошка, которое выходило ко входу в дом, и несколько сундуков около нее. Слева находилось рабочее пространство с чем-то похожим на старинный ткацкий станок, но выполненным в металле. Рядом стоял стол с потухшими свечами, обрезками ткани и швейными принадлежностями. Справой стороны чердака, стояла вешалка с разнообразной одеждой.

Я не собирался без спроса рыться в чужих вещах, но Икара так просила показать ей содержимое сундуков, что я не смог отказать. В одном из сундуков я обнаружил сложенную незаконченную одежду из белой кожи. Рядом лежали металлические пластины того же цвета и тонкие проволочные нити. В другом сундуке находились разнообразные лекала и выкройки, выполненные на синей бумаге, словно чертежи.

— Командир, взгляните на эти выкройки и инструменты, — сказала Икара, словно погрузившись в размышления. — Здесь есть частички эссенрита, того самого металла, который был в Гиперборее. А тот станок... Он на 70% состоит из эссенрита.

— Что-то потеряли? — раздался приятный женский голос позади меня.

Я обернулся и увидел молодую девушку со светлыми волосами. У неё были белые кроличьи ушки с чёрным пятном на каждом. Одета она была в белый кожаный костюм с металлическими вставками, который выглядел довольно современно для этого мира. Костюм был сшит из того же материала, что и ткань, найденная мной в сундуке.

— Ой-ой, — сказала Икара. — Кажется, мы попали.

Наттера. Утро. Деревня "Лару".

Я сидел на корточках и придерживал рукой крышку открытого сундука. Мой вид был немного неловким. Я смотрел на девушку, а она с любопытством окинула меня взглядом.

— Встаньте, — произнесла она тоном, не терпящим возражений. Однако её голос звучал так, словно маленькая девочка пыталась командовать, как генерал.

Я медленно закрыл сундук, поднялся во весь рост, и в этот момент лицо девушки вдруг изменилось: серьёзность сменилась удивлением.