Андон снова поворачивается ко мне лицом, и от его угрожающей ухмылки мое перепуганное сердце покрывается льдом.

— Пришло время для главного события.

Не говоря больше ни слова, он нажимает красную кнопку на пульте дистанционного управления, и меня тянет вверх, медленно и мучительно.

Под весом моего тела веревка натягивается, а колючая проволока пронзает кожу, и я вскрикиваю от боли в запястьях.

Внизу я замечаю круг из камней, в центр которого Андон кладет доски, прямо под мои болтающиеся ноги.

После этого он берет канистру с бензином, которую ему принес Пирс, и обильно поливает доски. Нос и горло забивает резкий запах, принося осознание того, что я не выберусь отсюда живой.

Несколько недель назад я молила о смерти, но теперь я ее боюсь. Я не готова попрощаться с новообретенной жизнью, но сделаю это, если таким образом спасу от рук безумца любимого мужчину и его семью.

Брэкстен

Двигатель моего грузовика работает на максимуме, пока я пробираюсь по пересеченной местности, следуя указанным мне координатам.

Мы так долго петляли по бездорожью, что я был уверен, что мы что-то пропустили, но потом в поле зрения появился он — старый сарай у черта на куличках.

Погруженный в полную темноту, он выглядит заброшенным. Никто никогда не узнает, что внутри находится моя любимая женщина вместе с сумасшедшим, который был достаточно глуп, чтобы украсть ее у меня.

И этот сумасшедший поплатиться за это жизнью.

Месть, назревавшая последние несколько недель, завладела каждой клеточкой моего тела. Она извивается у меня под кожей, принося непоколебимое спокойствие перед тем, что должно произойти.

Сказанные мне условия просты. Ни копов, ни оружия. Вот почему я солгал Крейгу и дал ему координаты, ведущие в совершенно противоположном направлении. Мне это было ненавистно, но так будет лучше для всех, особенно для него. Дело закончится кровопролитием, и его заместитель не избежит возмездия.

Я подъезжаю к одинокому сараю и паркуюсь перед ним. В свет фар попадает ветхая деревянная стена, открывающая последнюю загадку:

Добро пожаловать в Страну Чудес. Наше время пришло.

Хотите найти Алису? Тогда присоединяйтесь к Безумному Шляпнику и немного повеселитесь.

Время пришло. Пора раз и навсегда покончить с демонами нашего прошлого.

Мой взгляд перемещается к братьям.

— Помните, что бы там ни случилось, как бы все ни обернулось, этот ублюдок — мой. Я лично заставлю его испустить последний вздох.

Джастис кивает.

— Не вопрос, но Пирс — мой.

Как бы мне ни хотелось прикончить и этого засранца, я оставлю Джастису это удовольствие.

— Тогда давайте начнем. — Нокс первым открывает свою дверцу, наравне с нами жаждая возмездия.

Выбравшись из грузовика, мы слаженно направляемся к сараю, каждый из нас готов к долгожданной битве.

По ту сторону двери сарая стоит оглушающая тишина. Взглянув на братьев, я открываю ее и, прежде чем войти, оцениваю обстановку.

В центре помещения горит костер, ревущее пламя представляет угрозу для прогнившего дерева. Оранжевое свечение — единственный источник света, позволяющий нам осмотреться.

Со стропил на тросах свисают платформы разных уровней, переходящие одна к другой. Все они расположены так, чтобы создать подвесной лабиринт.

В остальном здесь тихо и темно. Я начинаю беспокоиться, что ублюдка тут даже нет, и все это было подстроено, пока сверху не раздается приглушенный стон моего имени.

Я смотрю вверх, за платформы, и меня охватывает отчаяние и ужас, не похожие ни на что другое. Они пронзают грудь стальным клинком, попадая в быстро колотящееся сердце.

С самой высокой балки потолка свисает Алиса, выставленная напоказ как объект жертвоприношения. Ее лицо искажено отчаянием, а по рукам стекают ручейки крови, заливая полуобнаженное тело.

— Господи! — шепчет Джастис, потому что у меня нет слов. Они застряли в горле, перехваченном агонией, разрывающей мою грудь.

Все, что я могу сделать, это действовать. Подавив хаос в своей душе, я мчусь вперед к самой нижней платформе, а братья следуют за мной по пятам. Только я собираюсь прыгнуть на нее, как она оказывается вне досягаемости.

— Зараза! — кричу я, чуть-чуть не дотягиваясь до края.

— Ты ведь не думал, что это будет так просто.

Мы поворачиваемся на снисходительный голос и обнаруживаем не кого иного, как нашего врага.