А на текущий момент люди проживают в хорошо укрепленных резервациях, этаких современных мега-крепостях. В каждой резервации проживают несколько миллионов человек. Иногда и десятков. Враг уже успел изрядно проредить человечество. Как правило, стены резерваций возносятся на сотни метров вверх, и почти на столько же уходят жилые и производственные уровни вглубь земли. Защита от биологической угрозы на высшем уровне, но это не спасло некоторые из первых резерваций. В том числе и амазонскую. Каждое живое существо крупнее крысы представляло угрозу и могло переносить заразу. Тайно, обходя все защиты, Паразиту удалось занести заразу в две резервации и истребить всех людей. Тогда ОСС принимал решение о тотальной зачистке. Наносился точечный ядерный удар сверху с одновременным подрывом местных зарядов для уничтожения всего комплекса над и под землей. До тех событий, наличие локальных ядерных зарядов держалось в строжайшем секрете. Даже не все техники реакторной зоны знали, что обслуживают не просто реакторы, но еще и ядерную бомбу. Из-за этих потерь приняли решение в срочном порядке повысить защиту инженерных сетей в остальных резервациях, усилить охрану периметра и переделать старые входы в ловушки.

Больше всего ужасало и убивало всякую надежду то, что человек, долгое время считавший себя венцом творения, царем природы, теперь вынужден прятаться за толстыми стенами, защищая то немногое здоровое пространство, что еще осталось от первой войны с клонами. Ее формальное окончание ознаменовалось возведением резерваций в экологически чистых местах. Тварь притихла почти на полтора года. А люди получили небольшую передышку и возводили стены. Глупцы надеялись на мирное сосуществование с Тварью. Слава богу, таких было не много.

Резервации строились в труднодоступной местности, что, в теории, должно было усилить защиту. В это время начала погибать биосфера. Враг заражал любое позвоночное, кроме самых маленьких. Мелкая живность, при необходимости, шла на восстановление энергии особей. Из-за этого по Земле прошла волна локальных биокатастроф, которые слились в общий коллапс биосферы. Засухи, проливные дожди, поражение растений невиданными грибками и паразитами, нашествие орд насекомых, ураганы — все это лишь малая часть того, что происходит с планетой. Способности монстра потрясали, заставляли ощутить свою слабость. Только уверенность ОСС помогала человечеству противостоять угрозе. Все верили, что у них есть план.

— Я уверена, что мы победим, — Джилл с угрюмой решимостью смотрела куда-то вдаль. — Человечество всегда выживало в любых ситуациях. Великие переселения, ледниковые периоды, глобальные засухи, чума и прочее — мы, как вид, всегда выживали и продолжали двигаться вперед, развиваться. Так произошло и сейчас. Мы смогли защититься — выстроили биорезервации. Мы получили передышку, чтобы разобраться с этой проблемой. У нас есть ОСС, армия, аналитический и исследовательский отделы. По слухам, ведутся разработки материала для больших куполов, которые могли бы накрыть биорезервации и сделать из них замкнутые биоценозы. Александер должен быть в курсе этих разработок, но пока молчит. Да я и не спрашиваю. Также эти материалы могут использоваться и для постройки станций на орбите. Мы точно справимся.

Я с восхищением смотрел на эту хрупкую девушку, так много перенесшую. Впрочем, как и остальные. Очень скоро наши отношения стали даже больше, чем просто приятельские. А первое официальное свидание случилось в парке резервации. Потом все стремительно закрутилось, и мы не заметили, как оказались в одной постели. Она часто любила шутить, что спит с ископаемым. А я не мог насмотреться на нее и насытится общением. Для меня она являла собой воплощение всех надежд человечества. Она спасла меня.

— Джилл, спасибо тебе, — прошептал я, привлек ее к себе, провел рукой по нежной коже.

— За что? — промурлыкала она, устраиваясь на мне. Твердые соски нахально уперлись мне в грудь.

— За то, что спасла меня. Вернула тягу к жизни. Мне есть ради чего жить — ради тебя, любимая.

— Это мило, — улыбнулась она. — Я тоже тебя люблю. Но и это часть моей работы — возвращать к жизни. И я знаю много интересных способов.

Ее губы нежно заскользили по моим. Затем мы снова долго любили друг друга.

— Я хочу, чтобы ты жила и нарожала много детей, — начал я в очередной перерыв. — Хочу, чтобы человечество, как вид, продолжало существовать. Пришествие Твари — это большая несправедливость, которая случайно выпала нам на голову. Это недоразумение нужно стереть с лица Земли, перевернуть эту страницу и восстановить планету.

— Немного высокопарно, — засмеялась она, — тебе не кажется?

— Потому что момент подходящий — я хочу сказать тебе одну важную вещь.

— О боже! Ты хочешь предложить мне выйти за тебя? — она запрыгала на постели, захлопала в ладоши. — Я согласна!

— Да нет же! — я тоже засмеялся. — Хотя мысль хорошая!

— Ну вот, — притворно надула Джилл губки, — так и просижу в девках до ста лет!

— Джилл, любимая, пойми меня правильно сейчас. Я хочу разобраться с Тварью. У нас с ней давние счеты. Я решил, что отправлюсь на фронт.

Её веселое настроение мгновенно угасло, в глазах заходили грозовые тучи, которые вот-вот исторгнут молнии.

— Ты опять про чувство вины? — в ее голосе зазвучала сталь. — Ты, как ученый, принесешь больше пользы здесь, нежели тебя убьет на фронте первый попавшийся клон. Ты понимаешь, что это глупо? Какие счеты?! Очнись! Почти сто двадцать лет прошло, Она уже и забыла про тебя…