— Тааак, — протянул он, — рассказ обещает быть интересным. Я за напитками. И спрошу у персонала — есть ли у них в аптечке что-нибудь, что снимает наркотический трип. Вон, зрачки как у тебя расширились! Что употребляешь-то? Ладно, ты пока придумай с чего начать.

— Да я… уже, — бросил я удаляющейся широкой спине, — придумал.

Что тут придумывать? Все до сих пор стояло перед глазами, словно вчера. Через минуту он вернулся, принес холодное мате в больших стаканах. Я поблагодарил, начал рассказ о событиях, которые произошли почти полтора века назад. Иван оказался благодарным слушателем, практически не перебивал, только изредка вставлял свое «нихренасибе».

Когда я закончил, он еще некоторое время молчал. Мне же стало легче, как будто камень свалился с плеч. После непродолжительного молчания здоровяк произнес:

— Да, брат, ну и потрепало же тебя. Вечно вы ученые лезете в какую-нибудь жопу, тащите за собой мир, а потом, простым ребятам, вроде меня, вытаскивать вас оттуда приходится.

После его слов у меня возникли противоречивые чувства. Я повернулся к нему. Но в его глазах не было ни капли осуждения. Наоборот — там плясали озорные искорки в ожидании моей реакции. Обиду схлынуло, как отлив на пляже. Я рассмеялся.

— Спасибо, Иван. Ты не представляешь, как ты мне помог. Я ожидал, что ты будешь успокаивать меня. А ты сказал все, как есть. Спасибо тебе!

Он хлопнул меня по плечу.

— Можешь на меня рассчитывать! Где «накосячишь» — я сразу тебе скажу об этом, будь уверен. Ну, а если на самом деле, успокаивать я тебя, конечно, не буду. Будь я на твоем месте — поступил бы также.

— Ну и особо распространяться не стоит об этом. Не хочу, чтобы меня линчевали в академии, — мрачно пошутил я.

— О чем вопрос, дружище! Я — могила! Но если вдруг захочешь, чтобы как можно больше людей об этом узнало — только свистни. О, скоро будем приземляться.

Время в компании здоровяка пролетело незаметно. Мы шутили и смеялись, Иван еще раз сходил за напитками. Во время снижения желудок начал подниматься к горлу, и мы пристегнули удерживающие ремни. Стратолет спускался быстро. Уши почти не закладывало.

Я приник к иллюминатору. База ОСС только по названию база. На самом деле это огромный комплекс величиной с город и почти с таким же городом по размеру под землей. Здесь проживали, работали, служили больше ста миллионов людей. Город раскинулся не только в горизонтальной плоскости, но и по вертикали. Стоэтажные здания высились, как редкая щетина на лице подростка. Но под землю уходило не меньшее количество этажей, уровней, связываясь между собой бесконечными коридорами и залами. Таким образом спустившись под землю в одном здании, на поверхность можно выйти через любое другое. При наличии доступа, разумеется.

Стратолет пролетел над самым ограждением, что опоясывало весь город. Впервые увидев это циклопическое сооружение так близко, я остолбенел. Для человека и ученого из прошлого новые технологии, научный прогресс — вполне ожидаемы. Фантастика замечательно подготовила человечество к будущему. Но высоченный забор представлял собой крепость, ограждающую город по периметру с орудийными башнями и бойницами. Высота в среднем на уровне ста семидесяти метров, а ширина… В общем, там с легкостью разворачивались длинные грузовозы.

Конечно, библиотека в центре Бергема дала мне какое-то представление о современных сооружениях людей. И все же конструкция вызывала благоговейный трепет перед человеческим гением и самоотверженностью. Для меня это мегалитическое сооружение из композитных материалов по прочности превосходящих сталь, встало в один ряд с пирамидами, китайской стеной или Баальбеком. Хотя нет, все-таки, на порядок выше. Более того, поражала скорость возведения таких конструкций. База подобных размеров огораживалась за год. Не без помощи специальных машин и роботов, но от этого значимость факта для меня лично не страдала.

Глава 9

Джилл перечитывала письмо от Кристофера третий раз. Такое теплое и родное, написанное на бумаге.

«Моя любимая Джилл!

Прости, что все же вынужден покинуть тебя, но я не могу по-другому. Уверен, что мы с тобой еще встретимся и я предложу тебе выйти за меня. Ты самая лучшая женщина на свете и никого кроме тебя не хочу видеть матерью своих детей. Клянусь, что даже смотреть не буду на других женщин!

Я люблю тебя.

Твой Крис».

Сердце обливалось кровью всякий раз, когда понимала, что не сделала всего, чтобы не допустить повторения истории. Не дай Бог это случится еще раз.

Перечитала письмо еще раз. Улыбнулась, вытерла слезы, прижала письмо к груди. Шепотом попросила обязательно вернуться. Когда все закончится. Она будет ждать и надеяться. Молить всех богов, чтобы в этот раз ее любовь осталась жива. Второй раз она этого не переживет.