— Да, мой господин, — поклонилась Виола и поспешила к племяннице.

Дардис без сил лежала в постели, но куда больше собственной участи её беспокоил лорд Таррон.

— Как он? — спросила она, едва Виола вошла в комнату. — Рана серьёзная? А нож проверили? Вдруг он отравлен?

— С лордом Тарроном всё будет в порядке, а мне надо позаботиться о тебе, — заявила Виола и, как было велено, вытащила из сундуков все вещи Дардис.

— Куда ты всё понесла? — спросила девушка, но ей не ответили.

Виола отправила на костёр все вещи воспитанницы, простыни, на которых она лежала и даже часть её украшений, которых касалась леди Паола. Слуги возбуждённо шептались. Новость об отравительнице невесты хозяина распространилась довольно быстро. Слуги наблюдали как в костре сгорают прекрасные платья, рубашки из тончайшей ткани и даже украшения, но ни у кого, даже самого последнего трубочиста не возникло мысли забрать что-нибудь из уничтожаемого себе.

Дардис проплакала всю ночь. Нет, ей не жаль было ни красивых платьев, ни даже украшений, она плакала от отчаяния и страха. Боялась она больше за Таррона, чем за себя, но и её будущее было туманно. Она чувствовала себя всё хуже. А из того что говорил лекарь, Дардис поняла что определить яд он вряд ли сумеет. Значит, она всё-таки умрёт. Дардис свернулась калачиком и заплакала ещё горше. Умирать теперь, когда она узнала что лорд Деор тоже любит её, было ужасно несправедливо. Хотя, может её смерть для него к лучшему, она всё равно проклята, а значит…. Значит их брак будет длиться всего три года. «Но может он не отошлёт меня домой», — самой себе возражала Дардис, но верить в это боялась. Даже если не отошлёт, это не изменит того что родить сына она Таррону не сможет. Никогда. А на что нужна жена, которая не в состоянии подарить мужу детей? Не нужна. И тогда уж лучше умереть.

Таррон сидел у постели Дардис и наблюдал за тем как она спит. Прошло уже два дня, а лучше ей не становилось, вероятно, она приняла слишком большую дозу яда и сама выкарабкаться уже не сможет. Дардис умирала. Медленно, но умирала. Таррон проклинал себя за то что позволил Праймам пожить у себя, за то что, не смотря на свою неприязнь к Паоле, он разрешил Дардис принимать её, за то что уехал, оставив Дардис одну. У него рвалось сердце от мысли о предстоящей потере. Сейчас ему хотелось умереть вместе с Дардис, он не представлял как будет жить дальше. Грег был совершенно прав, он любил её, и потерять ещё одну любимую было выше человеческих сил.

Дардис зашевелилась и Таррон несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул. Он должен быть сильным, она до конца должна видеть его спокойным и уверенным, она не должна бояться.

— А я как раз зашёл навестить вас леди Дардис, — улыбнулся рыцарь. — Как вы себя чувствуете?

— Не знаю, — Дардис вздохнула. Она попыталась сесть, но сама не смогла. Таррон помог поднять ей подушки и посадил девушку повыше.

— Может быть вы что-нибудь хотите? — спросил Таррон. — Что угодно.

— Я хочу в лес, — подумав, ответила Дардис. — Сейчас в лесу ведь так хорошо.

— Конечно, я сейчас всё сделаю, — Таррон вышел отдавать распоряжения и уже через полчаса Типери Нил на руках вынес Дардис во двор, где её ждала карета.

Таррон привёз невесту в то самое место, которое показывал ей, когда она только приехала. За год полянку привели в порядок, убрали старые гнилые деревья, отпилили опасные сухие ветки. Слуги расстелили покрывала, разложили подушки и на них уложили Дардис. Таррон сел коло невесты, остальные отошли в сторону, чтобы не мешать.

— Как же хорошо, — Дардис слабо улыбнулась. — Птицы поют.

— Поют, — Таррон с трудом кивнул. Как же тяжело ему давалось внешнее спокойствие, и вовсе не о птицах он сейчас хотел говорить. Если бы не эти чёртовы приличия, прижал бы Дардис к груди и не отпускал бы. До самого её конца.

— Господи, за что? — отчаянно думал Таррон. — За что её? Дардис ведь самая чистая и милая девушка из всех, что ему довелось видеть. В ней нет присущей многим женщинам хитрости, злости к себе подобным и подлости. Подарить мне её, а потом забирать. Господи, почему? Что ты хочешь мне сказать? Чему научить? Или это очередной намёк на то что мне не следует жениться? Но неужели нельзя было намекнуть как-то иначе.

— Лорд Таррон, — позвала Дардис.

— Да, — тут же откликнулся рыцарь.

— Вы ведь не будете думать обо мне плохо?

— Плохо о вас? — Таррон очень удивился. — Конечно нет.

— Я не всегда вела себя как подобает леди, — Дардис опустила глаза. — И наверняка вы считаете меня совсем глупой.

— Я считаю вас немного наивной, но никак не глупой, — ответил Таррон. — И именно ваша наивность и чистота покорили меня. Вы леди и у меня никогда не было повода думать о вас иначе.

— Вы слишком добры, — боже, как же приятно было слышать такие слова. Дардис робко коснулась руки Таррона и тот, будто ожидая этого, тут же взял ладонь девушки в свои руки.

— Не покидайте меня, леди Дардис, — прошептал он, целуя её запястье.

— Всё будет хорошо, — свободной рукой Дардис погладила Таррона по волосам. Это был совершенно непозволительный для леди жест, но Дардис умирала и если она не сделает этого сейчас, то другого шанса уж не будет. А ей так давно хотелось погладить волосы лорда Деора. — У вас всё будет хорошо, — уверенно сказала она. — И мне не страшно умирать. Почти. Вы ведь будете рядом?