В Балтии10 новая вера.

Но могут старые боги

Над волею смертных владычить".

Перконс поднялся и молвил:

"Даже мы - боги - не властны

Противиться судеб веленью.

Но клятвенно я обещаю

Хранить народ мой латышский.

Слушайте, что я скажу вам:

Христово ученье не ново,

Возникло оно на востоке.

Но веры носители этой

Умысел тайный имеют

Забрать балтийские земли

И в рабство народ мой повергнуть.

Я на пришельцев восстану,

Не уступлю ненавистным!

Как я раскалывал скалы,

Дубы разбивал вековые,

Так я в грядущем повсюду

Молниями и громами

Всех сокрушу, кто народ мой

Начнет утеснять и бездолить.

Я на балтийские нивы

Дождик пошлю благодатный,

Днем - ветер свежий навею,

А ночью затеплю звезды

Всюду всегда неотлучен

Буду с народом в природе,

Пусть он мой голос слышит,

Пусть мое имя помнит!

Всем вам велю я примеру

Этому следовать твердо

Каждый пусть так и знает

И к делу это приложит".

Патримпс поднялся и молвил:

"Балтия - край урожайный

Но дам лишь одним латышам я

Под осень колосья златые.

Пусть урожаем богатым

Дарят их Балтии нивы,

Ну, а враги свои сохи

Пусть о пни поломают!"

Антримпс поднялся и молвил:

"В море янтарном Балтийском11,

Где ветры Севера дуют,

Где волны о скалы дробятся,

Я корабли чужеземцев

Стану топить неустанно,

Пока от вражеских вёсел

Балтии волн не очищу!"

Паколс поднялся и молвил:

"В пекле есть место незваным,

Но души героев наших

Будут над Балтией реять

В сполохах ярких - и страхом

Оледенять чужеземцев,

А приходя в "Ночь умерших"12,

Благословлять своих внуков!"

Когда же клятву такую

Перконсу дали все боги,

Встала прекрасная Лиго

И так говорила собранью:

"Я средь богов почитаюсь

В народе богинею младшей,

Но судьбы предуказали

И мне не последнее место:

В сердце народном храню я

Песни дар драгоценный,

Сладко тревожа душу

И радостью и печалью.

И вечно жить будет имя

Лиго в латышском народе.

И если старые боги

Забудутся через столетья,

Всё же в песнях прекрасных

Будете вы прославляться,

Перконс и Лайма и Тикла,

И светлые дочери солнца.

Все имена эти в песнях

Вновь оживут и воспрянут,

Душу народа разбудят,

В бой поведут за свободу".

Кончилось сходбище вечных,

Боги к домам собирались,

Тут Стабурадзе явилась

И слова себе просила.

Молвила: "Из дому шла я

Поведать совету бессмертных

О том, что со мною у древних

Омута врат приключилось.

Пряла туманы я, сидя

На Стабурагском утёсе13.

Уж быстрое веретёнце

Всю пряжу мою намотало.

Петь петухам было время.

Вдруг вижу двух ведьм, высоко

Над Даугавою14 летящих

Верхом на колодах корявых.

Тут обе ведьмы внезапно

На одну колоду уселись,

Другую бросили в омут

И быстро обе умчались.

Я разузнать захотела,

Зачем они так поступили,

В омут на дно опустилась,

К себе притащила колоду,

И удивилась, увидя,

В дупле дубовой колоды

Юношу прелести дивной.

Лежал он без чувств, недвижимо.

На руки взяв, отнесла я

Юношу в замок хрустальный.

Переодев, положила

На ложе из раковин чудных.

В юноше признаки жизни

Приметив едва, я помчалась

К тебе, о Перконс могучий,

А ты укажи, что мне делать.

Знаю, что в омут упавший

Смертный становится камнем;

Из тех камней вырастает

Мой Стабурагс выше и выше.

Юношу в мир я могла бы

Вывесть чрез замка ворота,

Но там окуют его чары

И станет он камнем навеки.