Линдор сделал глоток из фляжки, вытер рот.

— Не зарывайся, старик.

Мориан не шевельнулся. Даже не выпрямился. Просто продолжал смотреть на Линдора теми маленькими блестящими глазками, и в этом взгляде было что-то такое, отчего у меня засосало под ложечкой.

— Ты много возомнил о себе? — голос старика стал тише, но острее. — Хочешь поединок прямо здесь?

От старика словно холод пошел, заставляя нас с Тингом отступать в сторону и сжиматься, стараясь быть максимально незаметными. Вопящий внутри от страха Лео ничего хорошего к этой ситуации не добавлял, а я окончательно понял, что это очередной попадос, причем не самый приятный. Если тут начнется драка практиков, таким малькам как я остаётся только умереть.

— Игнис тебя сожги, — выдохнул Линдор, и голос его дрогнул. Рука медленно отползла от рукояти клинка. — Я просто… это была шутка, мастер Мориан, прошу простить мою грубость.

— Шутка, — протянул старик. — Весёлая. Развешивать кишки по веткам тоже знаешь ли весело.

Он наконец отвернулся, снова склонился над корзиной, и температура начала возвращаться к норме. Но по спине у меня всё ещё бежали мурашки.

— Кто вообще набрал это быдло? Орландо? — проворчал Мориан громко чтобы слышали все, роясь в своих травах. — Я сделаю ему выговор, как вернёмся.

Даже мастер, задумчивый и превратившийся в статую в своём темном плаще никак на это не отреагировал. И тем более ни один из охранников даже не пискнул что-то на обидные слова, признавая его силу, а мне остаётся лишь гадать, на каком шаге ступени закалки он находится.

— Эй, парни, — крикнул травник, поворачиваясь и глядя на нас с Тингом. — Идите сюда. Будете таскать, что соберу.

Мы подошли. Старик сунул нам по мешку с перевязанной верёвкой горловиной и дал короткую инструкцию.

— Повесите на плечо. Руки свободными держите. И смотрите, куда наступаете. Лунный мох растёт у корней, на камнях, в тени. Если увидите светящиеся голубоватые пятна, зовите меня. Но сами не трогайте! Сорвёте неправильно, мох потеряет свои свойства, и толку от него будет ноль.

— А как правильно, господин? — спросил я, перевешивая мешок через плечо. Лично я срывать опасный мох точно не собирался. Помнил, что про него было написано в книге, которую дал почитать мастер.

Мориан прищурился, разглядывая меня.

— Ты грамотный? Книжки читал?

— Читал.

— Про травы?

— Немного. Лунный мох выделяет ядовитые споры, вызывающие удушье и отёк лёгких при вдыхании.

Старик хмыкнул и спросил то же самое у Тинга. Тот отрицательно покачал головой, не говоря при этом ни слова.

— Морда твоя знакомая, типаж характерный, — неожиданно проговорил травник. — Твой отец не Шантар Пепер, случайно?

— Да, он, господин, — склонился в поклоне Тинг.

— Вот оно что, хитрый лис… — непонятно протянул Мориан. — Но, с другой стороны, я его понимаю. Забавно, как всё обернулось. Мастер Валериус, у меня к тебе просьба.

— Слушаю.

— Этот парень должен выжить, если такое будет возможно. У меня будет пара дел к нему, по старой памяти. Знал я его папашу и деда, хорошо. Не должна такая кровь прерываться. Биться за него до смерти не прошу, если что, бросай смело, ничего путного из него уже не вырастет, там такая родня, вся в крови по колено. Интересно будет просто, кое-что разузнать.

Тинг хотел было огрызнуться, но старик легонько ткнул его пальцем в живот, и тот со стоном загнулся.

— Делай дело, Тинг Пепер, не порти мне нервы. Я готов. Вернёмся сюда, когда наполнятся мешки.

Группа двинулась в путь. Впереди шёл Дарелл, за ним Валериус и Мориан, следом я с Тингом, замыкали Линдор и Эйд. Охранники молчали, нервничали и держали оружие наготове. У каждого было короткое копьё с широким наконечником и крестовиной под ним. Кажется, именно такими охотятся на зверей.

Мастер же не стал доставать свой клинок, о чём-то тихо переговариваясь с травником.

Мы шли ещё минут тридцать, петляя между деревьями. Туман становился всё плотнее, обволакивая ноги до колен. Светящиеся пятна на стволах и под корнями попадались всё чаще, и Мориан каждый раз останавливался, осматривая их придирчиво.

— Нет, это не то. Этот уже отцвёл. А вот этот слишком молодой.

Я начинал понимать, почему старик говорил, что травы терпят. Он был невероятно придирчивым, отбрасывая девять из десяти найденных растений.

Наконец Мориан остановился у большого валуна, покрытого мхом. Голубоватое свечение исходило от основания камня, где росли густые подушки какого-то растения.

— Вот! — старик просиял, опускаясь на корточки. — Вот это настоящий лунный мох. Зрелый, здоровый, полный силы.

Он достал из боковой сумки небольшой серповидный нож и аккуратно начал срезать пучки мха, складывая их в принесённую корзину. Затем остановился и жестом подозвал меня.