— Хватит пялиться, — окликнул меня Валериус. — Будешь стоять, к обеду не разомнешься.

Я обернулся к мастеру. Дядя вышел с двумя кружками в руках, над ними вились змейки пара. Одну, протянул мне.

— Пей, быстро.

Я взял кружку, принюхался, получил недовольный вздох мастера и сделал глоток. Горячая жидкость обожгла язык, а вкус… Гадость какая! Горький, вяжущий, с привкусом земли и чего-то металлического. Я даже закашлялся.

— То-то и оно. — довольно улыбнулся мастер. — Отвар, для закалки костей. Нашлись старые запасы. Корень железного дуба, скорлупа речных моллюсков, листья горькой полыни и пара секретных ингредиентов. Всё для начинающего. Пей до дна, я там целое ведро намешал. И поверь моему опыту, пить холодным, это еще ужаснее.

— А что за ингредиенты? — не удержался я, опять нарушая субординацию.

— Ржавчина. — ответил тот и засмеялся, подгоняя меня. — Живее, живее. Как каракатица себя ведешь.

Я стиснул зубы, и стараясь не вдыхать зловонный аромат, выпил до дна, даже желудок закрутило, но почти сразу прошло. Мастер удовлетворенно хмыкнул.

— Хорошо. Теперь, добегаешь до дома господина Филина, и оттуда бежишь в сторону Тонкой башни, ее как раз будет видно. Круг под ней и обратно. Без остановок. Не можешь бежать — иди.

Прикидывая куда мне бежать я присвистнул, про себя, но уточнил:

— Это далеко, мастер, я не уверен…

— Конечно далеко. Если было близко, любой лентяй бы стал практиком и в тренировках вообще не было бы смысла, — мастер допил свой чай, и скрестил руки на груди. — Сегодня бежишь один круг, завтра два, послезавтра — три. Потом постоянно по три, больше бегать смысла нет. Дальше посмотрим. Начинай.

Я промолчал и двинулся к выходу. Ноги ватные, после вчерашней драки еще не отошли, и синяки на бедрах были приличные, да и глаз пройти не успел. Мастер никакой мази не выделил, сказал, что заживет как на собаке, поэтому просить ничего я не стал, хорошо хоть голова не болит. Выйдя за дверь мастерской, я оценил туман окутавший еще спящий город и неторопливо побежал.

Как и в прошлый раз, первые пятьдесят метров прошли легко, всё же тело молодое, хоть и не тренированное на бег, но дальше стало посложнее. Я бежал по узким улицам ремесленников и через жилые кварталы, миновал лавку мясника и направился в сторону башни, которую мастер обозвал как Тонкая. Через четыреста метров начал ныть Лео, а следом и легкие. Пришлось переходить на шаг.

— Молчи лучше, а. — прошипел я сам себе. — Сейчас я командую.

И заодно проверил интерфейс. Проценты адаптации находились на отметке в пятьдесят.

[Процесс адаптации: 50%]

Ускориться не получалось, я так и шел быстрым шагом, стараясь сохранить дыхалку и откровенно матеря Лео, но скорее для себя, чем в целях его задеть. Половину пути, отметил дойдя до башни и прикидывая время и расстояние — получается километра два в небольшую горку.

Неплохо. Зато мышцы действительно разогрелись и синяки не так сильно болели, поэтому обратно я всё же попробовал бегом, и смог добиться открытия второго дыхания, а там уже пошло проще. Не обращая внимание на горящие лёгкие и боль в теле, я рысцой бежал до последнего, пока не показалась дверь дома.

Мастер меня уже ждал, причем с этой стороны. Его фигура придала мне сил, и я заставил тело двигаться быстрее, добежал до ворот и рухнул на колени. Честно признавая себе, что я слабак.

— Неплохо, для первого раза, — мастер посмотрел на меня сверху вниз. — Чуть быстрее чем червяки после дождя, но результат я тебе засчитаю, вижу, что старался. Дальше идут упражнения. И я передумал, можешь всем говорить что я тебя тренирую.

— Что?.. — я поднял голову, пытаясь втянуть в себя воздух. — Еще?

— Так это просто разминка, — Валериус повернулся и зашел в дом. — А тренировка начинается сейчас, поднимайся давай, мне не интересно тебя ждать.

Я с трудом поднялся. Мышцы дрожали, в глазах темнело, но заставил себя идти следом.

Во дворе мастер показал серию упражнений. Отжимания, приседания, планка, подъёмы на носках. Всё знакомо по прошлой жизни, но выполнять в этом измученном теле — пытка.

— Двадцать отжиманий. Начинай.

Опустился на землю. Руки тряслись. На пятом повторении почти подломились. Я скрипел зубами, но продолжал. Десять. Пятнадцать. Лео умолял остановиться, его паника захлёстывала изнутри. Восемнадцать. Девятнадцать.

Двадцать.

Рухнул на землю, тяжело дыша. Мастер даже не похвалил.

— Приседания. Тридцать раз. Без передышки.

Встал. Ноги отказывались держать вес. Начал приседать, на десятом повторении левое колено подвернулось. Упал, ударившись плечом.

— Вставай, — голос мастера безжалостный.

— Не могу. Мастер…

— Можешь. Вставай.

Попробовал подняться. Мышцы свело судорогой. Боль такая острая, что перед глазами вспыхнули искры. Я неуклюже упал, на этот раз на бок, сворачиваясь от спазма.