Большим пальцем стирает влажные дорожки от слез, а после накрывает мои губы своими. Нежный, робкий поцелуй, словно обещание будущего, в котором мы обязательно будем вместе, несмотря ни на что.

Матвей исчезает так же внезапно, как и появился. Я остаюсь в ванной, пытаясь унять дрожь в коленях. Этот поцелуй — словно глоток свежего воздуха, подтверждение того, что я не одна в этом безумии.

Выхожу из ванной и замечаю, что забыла закрыть чемодан. Подхожу и оглядываю все ли на месте. Вроде все.

Матвей не до конца захлопнул дверь, и мне слышно голос мамы. Замираю, стараясь не дышать.

Медленно, практически беззвучно, закрываю чемодан и присаживаюсь на кровать. Нужно успокоиться и вести себя как ни в чем не бывало. Она не должна догадаться, что Матвей был здесь.

Через несколько минут мама появляется в дверях комнаты. Ее лицо все еще напряжено, но тон голоса немного смягчается.

— Альбина, — говорит она, — я поговорила с Юрой. Он тоже считает, что нам нужно уехать. Мы вылетаем завтра утром.

Смотрю на нее в ответ, стараясь скрыть разочарование и злость. Киваю соглашаясь. Сейчас нет смысла для споров. Сейчас нужно выиграть время. Нужно дождаться Матвея…

Крепко уснуть не получается. Сон приходит беспокойный, и я ворочаюсь в кровати. Все время кажется, что мама сейчас ворвется в комнату, схватит меня и увезет отсюда очень далеко.

Я же надеюсь, что Матвей скоро за мной придет и вместе с ним прибудет спокойствие.

Я отчасти понимаю свою маму и отца Матвея, — не просто принять, что сводные брат с сестрой решили быть вместе, что они влюблены. Мы молоды, и им кажется, что все это по глупости. Но разве можно спутать глупость с чувствами, которые обжигают изнутри, заставляют сердце биться быстрее и видеть мир в ярких красках, даже когда вокруг сгущается тьма? Они думают, что это пройдет, как детская болезнь, но они не видят, как мы смотрим друг на друга, как переплетаются наши взгляды.

Когда начинаю проваливаться в сон, слышу, как открывается дверь и, затаив дыхание жду, кто же это. Мама или Матвей?

Тихие шаги приближаются, и я, зажмурившись, притворяюсь спящей. Вдруг ощущаю легкое касание к волосам, нежное и осторожное, как дуновение ветра. В нос ударяет запах Матвея, и на моем лице рисуется улыбка.

— Спишь? — наклонившись, шепчет Мотя.

— Я не сплю, — открываю глаза и встречаюсь с его взглядом.

— Ты как?

— Как сказать… Не очень, — пожимаю плечами, пытаясь унять дрожь.

— Если ты решила отступить, я не позволю, — на его лице появляется хитрая улыбка, — трахну тебя и напомню, кто в доме хозяин.

— Ты невыносим! — сдерживаю смех и легонько бью его кулаком в плечо. — У нас тут судьба на кону, а ты о пошлостях думаешь.

— Рядом с тобой сложно контролировать себя, вся кровь отливает к… кхм… другой головке, — для наглядности Матвей берет мою ладонь и прижимает к своей ширинке.

— Идиот. Какой же идиот, — тихо смеюсь и вырываю руку.

— Под утро мы уедем, будь готова, — Матвей становится серьезным, будто не шутил несколько секунд назад.

— Куда?

— Все узнаешь, просто доверься мне, — Матвей наклоняется и целует меня в лоб, словно ставит печать доверия.

Закрываю глаза, впитывая его близость, его запах, его любовь. Мне страшно, безумно страшно, но с ним я готова на все.

Так, странно, у нас началось все с секса, страсти, но потом перетекло все в искренние чувства. Никогда бы не подумала о таком исходе событий.

— Куда мы едем? Ты скажешь мне наконец-то? — наверное, в тысячный раз, спрашиваю у Матвея с момента, как мы сбежали из пентхауса, пока все спали.

Матвей написал записку и оставил в кабинете отца. Я же… ничего не писала. Когда мама отойдет, я позвоню ей, и мы поговорим. Мы с ней никогда не были близки, и мой уход она точно переживет.

— Сейчас едем в отель, — Мотя берет мою ладонь и сжимает в своей руке, — потом полетим домой, там соберем вещи и переедем.

— Будем снимать квартиру?

— Да, только в другом городе, — Матвей отвечает задорно, словно его вообще не волнует такой резкий переезд. — Зеленоглазка, не смотри ты так, — он бросает на меня быстрый взгляд, и возвращает внимание на дорогу. — Переведемся на заочное, будем приезжать редко, а жить будем пока в Саратове. У нас там филиал фирмы, оформлен на меня, подарок отца на восемнадцатилетие. Я никогда не занимался делами, только бумаги подписывал. Пришло время зарабатывать деньги самому.