Странно, что без своей благоверной.

В этот момент Воронов заметил наш пикник. Я почувствовала на себе его вбивающий в землю ледяной взгляд, впившийся мне между ребер до такой степени, что вздохнуть было больно.

Его парализующий взгляд переметнулся на Женьку, потом снова на меня – пробило насквозь опасным сумбуром чувств, пронесшихся по венам. Я, не в силах моргнуть, провожала Сашу глазами, в очередной раз, пугаясь этой своей ненормальной реакции на друга детства.

– … так как ты считаешь?

– Что? – давя из себя вбитую в механическую память лица улыбку. – Повтори, пожалуйста. Я не расслышала.

Завьялов шуточно стукнул себя ладонью по лбу, намекая на мою рассеянность.

– Я говорю, интересно, почему она уехала?

– Кто уехал? – виновато закусывая губу.

– Я такой зануда, да? – добродушно хохотнул Женька.

– Нет… просто…

Он как-то странно покачал головой, после чего тихо добавил.

– Я спросил, интересно, почему сегодня утром подружка Воронова в одиночестве уехала с базы? Больше смахивало на побег…

Агата уехала???

Титанических усилий стоило, чтобы ни одна мышца не дрогнула на моем лице. Чувствуя, как обрывается дыхание, и немеют кончики пальцев, я лишь неопределенно пожала плечами, побуждая Женьку рассказывать дальше.

– Я засек, как она улепетывала с чемоданом наперевес. Еще удивился, что Воронов даже не сподобился ее проводить… Потом мужики на охране сказали, что она заранее попросила вызвать ей тачку до аэропорта. Прикинь?

– Неожиданно, - только и смогла я выдавить в ответ, пытаясь сосредоточиться на нашем разговоре.

К сожалению, я так и не нашла того, кто бы развеял мое любопытство. Вопреки моим ожиданиям, сегодня никто из молодежи не изъявил желания собраться у костра.

Близняшки целый день о чем-то загадочно шушукались, поглядывая на Илью Безрукова.

Догадывалась – неспроста, но не стала лезть им в душу. Захотят, сами расскажут, а нет – ничего страшного. Я тоже не спешила делиться с девчонками своими переживаниями насчет Сашки.

Даже хорошо, что сегодняшний вечер обошелся без происшествий, потому что завтра нас ждал насыщенный день – с утра мы переезжали на другую базу отдыха, находящуюся в заливе рядом с живописными водопадами.

Там и будет проходить съемка для новой коллекции пляжной одежды Алины Вороновой.

А послезавтра – мой день рождения. Именно в этот день было решено начать восхождение, разделившись на несколько групп.

***

– Русалочка, покажи мне свою улыбку!
– битый час командовал один из фотографов, снимая меня на фоне небольшого водопада.

Откровенно говоря, я не ожидала, что съемка для лукбука новой коллекции пляжной одежды окажется столь масштабной. Сегодня утром сюда прилетела целая команда профессионалов, состоящая из нескольких фотографов, видеографов, моделей и стилистов.

Кроме меня и близняшек в съемке участвовали профессиональные модели, поэтому, сперва, я немного волновалась, учитывая, что Алина выбрала меня музой этого проекта.

Однако довольно скоро волнение отошло на второй план, и у меня получилось расслабленно позировать, меняя купальники.

– Девочка, да ты огонь! – фотограф выставил большой палец вверх. – Гори… пылай… не сдерживай себя…

Высокого худощавого брюнета с волосами до плеч звали Эмиль Гельман, и, насколько я поняла, он был одним из самых востребованных фотографов в модной индустрии.

Алина вскользь обмолвилась, что ей стоило больших трудов уговорить Эмиля прилететь сюда.

Но даже этот суперзанятой сноб не смог устоять перед чарами всеми любимого Лебедя, ведь бренд «черный лебедь» уже много лет удерживал лидирующие позиции среди других российских брендов женской одежды, а вечерние и свадебные наряды Вороновой улетали, как горячие пирожки, еще на моменте предзаказа.

Кроме того, ее ателье осуществляло индивидуальный пошив – число столичных модниц, которых «одевала» мама Сашки, с каждым годом только росло. Для меня было огромной честью участвовать в столь важной съемке, и я изо всех сил старалась не облажаться.

– В этом образе достаточно. Переодеваемся и начинаем снимать в лагуне, – распорядился фотограф, кивая мне на большую палатку, служащую раздевалкой и гримеркой одновременно.

– Поля, теперь костюм русалочки! – Воронова протянула мне розовый купальник, расшитый пайетками.

Алина отвлеклась на недовольный голос Сашки – судя по всему, его тоже обязали поработать в качестве модели. Краем глаза я заметила в углу палатки стопку плавательных трусов…

– Саш, ты же не допустишь, чтобы мужские плавки рекламировал Паша? – донесся до меня озадаченный голос Алины.