Так я находила баланс между жизнью и своей страстью.

Иногда я завидовала тем девушкам, которые лучше владели своими эмоциями и могли держать себя в руках. Но я не была такой. Поэтому я нашла свое спасение в звуке, в нем я находила покой.

Я бродила по парку через дорогу от дома, пьяная и бормоча себе под нос, как сумасшедшая. Я слышала, как Пейдж звала меня по имени, и проигнорировала ее.

После нескольких кругов по парку, ведомая алкоголем, я вернулась в квартиру, где меня встретил яростный взгляд Рида Крауна. Он стоял у подножия лестницы, а потом поднялся и не сказав ни слова, пошел к себе.

Пейдж была не менее злой.

— Где, черт возьми, тебя носило? Тебя не было два часа!

— Гуляла, — ответила я, когда она захлопнула за мной дверь.

— Посреди ночи?

— Хватит обо мне переживать!

— Рид искал тебя по всему комплексу. А у него смена через четыре часа!

Я почувствовала, как подступает вина.

— Я была в парке через дорогу. Извинюсь перед ним.

— Нет, держись от него подальше. У него и без того достаточно проблем в жизни — не хватало еще твоей драмы.

Я оскалила зубы.

— Драма? Я просто гуляла.

— Стелла, — сказала она, сделав долгий вдох, — просто держись от него подальше.

— Кто ты такая, черт возьми, чтобы решать с кем мне общаться?

Ее глаза сузились.

— Твоя сестра и его лучший друг. Я знаю вас обоих. Это последнее, что нужно любому из вас.

— Что — это?

— Послушай, — сказала она, игнорируя меня и начиная собирать пивные бутылки, — Мы с ним поговорили, и мы оба согласны, что так будет лучше.

— Вы поговорили? — я мгновенно напрягаюсь от гнева и унижения. — У тебя был разговор с Ридом о том, можем мы или нет… Какого хрена происходит, Пейдж?

— Это ради твоего же блага и его тоже.

— Ты издеваешься надо мной? — сказала я, скрестив руки на груди, сгорая от ярости. — Давай-ка кое-что проясним. Никто, даже ты, дорогая сестра, не смеет принимать за меня подобные решения. Я уеду отсюда через несколько недель, и после этого твоя миссия будет выполнена. Ты можешь быть рядом, чтобы поддержать меня, но не командовать мной. Я плохо переношу контроль, и ты перешла гребаную черту.

Пейдж уставилась на меня с открытым ртом.

— Ты его ненавидела.

— До сих пор ненавижу, — сказала я, выхватывая у нее из рук мусор. — Просто иди спать, и спасибо, что унизила меня.

— Я просто пытаюсь уберечь тебя от боли.

— Единственный, кто сделал мне больно сегодня — это ты, — солгала я.

Отказ Рида до сих пор ранил, но ситуация и без того была катастрофой и похоже, окончательно решенной.

— И знаешь, странно слышать это от тебя, учитывая, как ты о нем всегда отзывалась.

— Прежде чем ты начнешь сходить по нему с ума, тебе, вероятно, стоит узнать правду, — отрезала она. — Та авария, в которую он попал… Он был за рулем. Пьяным. Но до приезда копов посадил Лию на водительское местно.

Меня будто ударило током.

— Ее чуть не арестовали. Он врезался в телефонный столб, едва не убил их обоих, и был готов позволить ей взять вину на себя. Вот почему она его бросила.

Он не может быть таким козлом. Только не Рид.

Но, возможно, таким он и был. Возможно, та ночь стала причиной вины, которая тяготила его все эти месяцы. Он всю злость держал в себе. Это было ясно как день.

— Она любила его, а он так ее подставил. Это тот парень, с которым ты хочешь связаться?

Я тяжело сглотнула.

— Он ненавидит себя за это.

— И это единственная причина, по которой я не держу на него зла. Он пытается всё исправить, но не заблуждайся, Стелла, — он такой, какой он есть.

— Он не такой. Это просто ошибка, которую он совершил. Господи, ты слышишь себя? С такими друзьями, как ты…

— Даже не смей! — предупредила она. — У него проблемы, Стелла, и он по-настоящему пытается наладить свою жизнь. Мы с Нилом поддерживаем его, всегда, но он не для тебя.

Она вздохнула, наблюдая, как я впитываю её слова.

— Просто отпусти это, ладно?

— Ладно, — выдавила я с трудом.

— Хорошо, остальное уберу завтра утром, — сказала она, подходя ко мне и крепко обнимая, что было редким проявлением нежности. — Я не хочу ссориться. Люблю тебя.

Я обняла ее в ответ.

— Я тоже тебя люблю.

— Если отбросить всё дерьмо, сегодня было весело, правда? — она отстранилась и искренне улыбнулась, что напомнило мне о нашей матери.

— Ага.