Это было мое величайшее достижение как музыкального журналиста. Я летала, парила, пока мой телефон начинал разрываться от сообщений. Никому, ни единой душе, я не рассказала о своем эксклюзиве. Я была на адреналиновом пике, когда уведомления начали всплывать одно за другим на экране телефона. Сотня, две сотни сообщений, а потом я увидела, что количество зрителей резко подскочило до полумиллиона. Полмиллиона! Я нервно рассмеялась и зашла в социальные сети Филлипа. Он только что выложил ссылку на мой подкаст с нашим интервью. У меня отвисла челюсть. Только на одной платформе у него было более восьмидесяти миллионов подписчиков.

Число зрителей продолжало расти. Я сделала это. Я ахнула, когда просмотры перевалили за миллион.

Миллион человек смотрели мой подкаст.

Миллион человек смотрели мой подкаст!

— ААААА! — закричала я в пустоту, оглядывая пустую комнату. Я вскинула обе руки вверх, когда цифра просмотров преодолела отметку в два миллиона. — О, Боже мой! — Я вскочила из-за стола, а глаза наполнились слезами невероятного изумления.

У меня никогда не было больше миллиона просмотров. Никогда. И те набирались месяцами. Это был величайший карьерный взлет в моей жизни. Я снова посмотрела на телефон, страстно желая поговорить с кем угодно. На экране высветился средний палец Лекси, и я не смогла не ответить на звонок.

— АААААА! — заорала я прямо в трубку.

— Стелла?

— Да! Ну что, все хорошо? Как думаешь, я задала правильные вопросы? Я монтировала его девять часов!

— Чего?

— В смысле, чего? Интервью Титана!

— Ты взяла интервью у Титана?

Небольшая часть моего восторга тут же улетучилась.

— Это был не тот звонок, на который стоило отвечать.

— Ты, блядь, взяла интервью у Титана?!

— Да. Я хотела всех удивить.

— И не взяла меня с собой?

— Прости. Почувствую вину позже.

— Ага, — ее голос понизился. Я услышала, как смыли воду в унитазе. — Да, Стелла, это чертовски круто. — Снова спустили воду.

— Ты где?

— Я в туалете в «Марки».

— Ладно. В общем, я сейчас на пределе, женщина. Мой телефон, в буквальном смысле, взрывается. Пять миллионов просмотров, Лекси. Пять миллионов!

— Я так счастлива за тебя, Стелла.

Я нахмурилась:

— Да уж, по этому удивительно монотонному тону я сразу поняла.

— Прости, — и тут ее голос ломается. Моя лучшая подруга никогда не плачет. Никогда.

— О, черт. Что случилось?

— Я перезвоню тебе, хорошо? Не хочу портить тебе момент.

— Ты ничего не испортишь. Ты не смогла бы это испортить. Обещаю. Меня будет штырить еще несколько дней. Так что, говори. Почему ты в туалете?

— Я на свидании вслепую. Он привел меня на свадьбу.

— Ну, и? Тебе нужна отмазка? Это на тебя не похоже. Ты же прямолинейная, как танк. Просто скажи ему свое обычное: «Дело не во мне, дело в тебе». — Улыбаюсь, вспомнив, как она использовала эту фразу при мне, отшивая басиста с вихром и дурным запахом изо рта.

— Стелла.

Я узнала этот тон. Он всегда был предвестником чертовски плохих новостей.

— Что? Говори.

— Это его свадьба.

Я бросила взгляд на часы, застегивая чемодан. До рейса оставалось полтора часа. Времени впритык.

— Чья свадьба?

— Стелла…

— Я знаю, как меня зовут. Черт, кто… — Меня пронзило внезапное осознание, и мое сердце рухнуло на пол. Я молчала, пока она нервно тараторила.

— Каковы шансы? Каковы, черт возьми, шансы? Я не знаю, что делать. Хочешь, я уйду? Для такого нет инструкций. Ты вообще хотела это знать? Что он женился? Не могу поверить, что только что видела, как он женился! Кто, черт побери, оказывается на свадьбе бывшего парня своей лучшей подруги? Я не могла тебе не сказать. — Она всхлипнула, пока вокруг нее то и дело смывали воду в унитазах.

— Стелла, пожалуйста, скажи хоть что-нибудь.

Я сдержала подступившие слезы.

— Я в порядке, конечно. Я в норме. Почему ты плачешь?

— Не знаю, — она всхлипнула. — Вчера мне позвонил Бен, и все просто пошло к чертям собачим, и тут сегодня это дерьмо происходит, и я знаю, что ты счастлива. Знаю. Но… я имею в виду, это же…

Я подняла руку, словно она могла это видеть.

— Не говори мне больше ничего, ладно? Всё в порядке. — Я посмотрела на свое отражение в зеркале — с кровати, в соседнюю ванную.

Ничего не изменилось. Я не плакала. Я была в порядке.

— Всё нормально. Рада, что ты мне сказала. Мне нужно ехать в аэропорт, иначе опоздаю на рейс.

На языке вертелось уйма вопросов. Выглядел ли он счастливым? Была ли она красивой? И еще больше вопросов, за которые я ненавидела себя, и на которые Лекси никогда не смогла бы ответить. И все же мой разум и сердце не желали держать эти вопросы взаперти.

Красивее ли она меня? Смотрел ли он на нее так же, как на меня? Сделал ли он ей предложение от всего сердца? Думал ли он обо мне в тот момент? Думает ли он обо мне сейчас, хоть на краю своих мыслей? Появляюсь ли я в его снах так же, как он иногда проникает в мои?