– То есть ты согласна выйти замуж за того парня, которого нашёл тебе отец? – нет, я вряд ли когда-нибудь пойму браки по расчёту. Особенно когда девушка сознательно идёт на это по приказу отца.

– Ты не понимаешь. И не поймёшь, потому что ты гаджо. Чужак. И ты хоть сколько можешь быть другом Рата, но отец никогда не одобрит наши отношения.

– Почему? Ты ведь даже не даёшь нам даже шанса.

Сажусь на кровать.

– Даня, хватит. Уходи, – шипит как дикая кошка. В этом вся Софа. Безумная, страстная, весёлая. Иногда нежная, но в момент может вскочить и послать. Горячая девочка.

– Сонь, иди сюда.

Тянусь к ней, обхватываю лодыжку. Знаю, что не пойдёт ко мне сама. Упрямица.

– Ты совсем с ума сошёл!

– Совсем, – соглашаюсь я, рукой скольжу по её стройным бёдрам, выше под сорочку. Силы нет сдерживаться. – А ты решила вот так в один момент сбежать от меня к другому?

– Ты не понимаешь, – шепчет Софа в ответ. Облизывает губы.– У нас так принято.

– Плевать! Я по тебе соскучился. Две недели не видел. Спряталась от меня. Думаешь тебя забыть легко?

– Не знаю. Но надо. Оставь в прошлом. Нам было хорошо и на этом всё.

Софа говорит быстро, беспощадно, будто гвозди вбивает в меня. А я смириться не могу. На всё ведь ради неё готов. И с отцом поговорить, и замуж её взять.

Подтягиваю её ближе к себе, она упирается, бьёт кулаками в грудь.

– Быстро же у тебя любовь прошла, – цежу сквозь зубы.

её девичье тело и изгибы распаляют всё больше.

– А мы, цыгане ветреный народ. Забыл? Легко полюбила, легко и разлюблю, – отвечает хриплым шёпотом.

Обхватываю её голову рукой. Ладонь полностью ложится на затылок. Прижимаюсь к её дрожащим губам. Она же плотно сжимает губы.

– Ну же, Софа. Не строй из себя недотрогу, – отчаяние и злоба заполняют внутренности. Неужели я потерял её навсегда?

Я упрямо продолжаю целовать её, сжимаю упругую грудь. И она поддаётся. Дышит рвано, отвечает на поцелуй и снова обретаю надежду.

Может, одумается?

Может, всё-таки пошлёт к чёрту своего жениха.

– Выходи за меня, Софа, – шепчу ей на ухо, прикусываю мочку. Она выгибается, подставляя грудь.

Ведь тоже хочет, вижу, что соскучилась. Её руки спускаются на мою ширинку.

– Последний раз…это будет последний раз, – отвечает она. Нервно дёргает ремень, пытаясь расстегнуть его.

– Нет. Я не отдам тебя. Ты моя…– замолкаю, когда она расстёгивает молнию и касается меня.

Ласкает, налившийся член, и садится сверху, принимая меня в себя. Замираем, на секунду, растягивая и принимая удовольствие. Софа отличная наездница, она двигается легко, приподнимаясь и опускаясь, сводя меня с ума отточенными движениями.

Прижимаю её к себе. Не хочу выпускать никогда. Больше никогда. Моя.

Рывком приподнимаю её и укладываю на постель, меняя позу. Мне нравится, когда она сверху, но сегодня я пришёл доказать, что она должна подчиниться мне.

Полностью вхожу в неё глубоким толчком. Слышу её стон, и тут же она упирается ладонями в грудь не подчиняясь.

– Я не твоя. И не буду, – выдыхает строптиво. – Это наш последний…раз.

А я вбиваюсь в неё ещё и ещё. Пошлые влажные шлёпки плоти разносятся по комнате. Влажная, жаждущая, но всегда наперекор идёт. И хочется её за это наказать. Брать её жёстко и грубо. Только Софа вызывает во мне такую бурю эмоций. Только она может довести меня до бешенства, а потом, потеряв голову, отдаваться как в последний раз.

– Будешь. Завтра же к отцу твоему пойду.

– Не смей…

Она вздрагивает, пытается ударить, успеваю перехватить руку, и, обхватив запястья, прижимаю их к постели. Мощным рывком заполняю её собой. Ускоряюсь, тараню, молотом опускаюсь на неё раз за разом. Она напряжена, натянута, как струна.

До этого я подавался ей. Давал иллюзию победы. Мне нравилось видеть, как она радуется, как загораются её глаза, каждый раз, когда ей удавалось одерживать верх. Сейчас же победа будет за мной.

– Ты. Моя, – подтверждаю каждое слово проникающим мощным ударом. – Привыкай.

Софа больше не сопротивляется. Чувствую, как сжимается внутри, стискивая член стенками своего лона. Дрожит, кончая.

Ещё пара толчков и бурлящее удовольствие заполняет низ живота. Едва успеваю выйти из неё. Кончаю на живот.

Как бы она ни упиралась. Я убедился, что она всё ещё любит и хочет меня.

И теперь я готов бороться за неё до конца.

В дверь раздаётся стук.