Взглянув вперед, он увидел схему. Паровоз, соединенный с несколькими вагонетками, доставлял новые рельсы и шпалы к месту строительства, а затем возвращался в Вирджинию за новыми: постоянное пополнение материала. При каждом обратном рейсе длина вновь проложенного пути увеличивалась на милю или две.

"Пять лет, - только и смог подумать Полтрок.
– Пять лет вот так мотаться туда-сюда, каждый раз возвращаясь на чуть большее расстояние".

Это будет тяжелая работа, конечно, и Полтрок был не против этого, а к тому времени, когда проект будет завершен, большая часть его огромного жалованья все еще будет лежать в банке. Вряд ли у него будет много времени, чтобы потратить его.

Солнце припекало. Чем ближе они подъезжали к месту работ, тем явственнее становился звук: звон металла, когда сотня рабов подносила молот к костылю. В ушах Полтрока он звучал почти музыкально.

– Уже близко, - заметил Каттон.

Тут же в нос Полтрока ударил неприятный запах.

– Боже правый, что это?

Каттон указал за трассу, на фермерские угодья. Полтрок увидел хлопок, кукурузу и бобы, которые собирали самодовольные женщины-рабыни. Но Каттон указывал не на это...

Полтрок подумал о пугале, когда заметил пару отрубленных голов на кольях. Ужасный запах исходил от гниющих голов?

– Я слышал разговоры о казнях, - проговорил он сквозь полузакрытые глаза.

Каттон кивнул.

– Да, сэр. Полагаю, это можно назвать плантаторским правосудием. Когда раб становится резвым, ну... нужно сделать из него пример.

– А белых казнили?

– О, только двое или трое, может быть. Одного поймали, когда он пытался украсть у мистера Фекори...

Полтрок уставился на странное имя.

– Кто он?

– Один из тех, кого вы хорошо знаете, как и все мы. Мистер Фекори - это финансовый начальник участка. Появляется на стройке каждую пятницу с бухгалтерской книгой и чемоданом, полным денег. Забавный человечек в красной шляпе. И у него золотой нос.

– Золотой что?

– Нос. Ходят слухи, что ему отстрелили нос, когда какие-то беглецы пытались его ограбить, так что теперь он носит поддельный, из золота. Но, как я уже говорил, один из белых рабочих мистера Гаста вытащил немного денег из чемодана Фекори, и на этом все для него закончилось. Потом еще один или два белых парня попались на изнасиловании городских девушек. Их тоже казнили.

Полтрок посмотрел на следующую отрубленную голову.

– В поле?

– Нет, нет. Белых мужчин судили. Их вешали на городской площади. Только рабов убивают в поле. Вы, наверное, уже чувствуете этот запах.

– Да, чувствую. Трудно поверить, что пара отрубленных голов может так сильно пахнуть на таком расстоянии.

– О, это не только головы, - спокойно продолжил Каттон.
– Все их тела перемалывают в почву. Удобрение. Превращают что-то плохое во что-то хорошее. А головы просто оставляют там, пока они не сгниют до черепа, как напоминание остальным рабам о том, что нельзя так себя вести.

Полтрок оглянулся, когда несколько прерывистых теней пересекли его лицо. "Господи Боже", - мрачно подумал он.

Они только что миновали еще две отрубленные головы, установленные на поле. Он заставил себя посмотреть вперед.

Теперь он мог видеть работающих людей. Белые бригадиры измеряли ширину колеи и отмечали следующую длину рельсового полотна, которое нужно было выкопать и засыпать балластом, затем сотня покрытых потом рабов, которые копали, забивали костыли или сбрасывали шпалы. Вооруженные охранники бдительно следили за всей площадкой.

– Вот и все, мистер Полтрок, - объявил Каттон и притормозил повозку.
– Все, что вы видите, теперь в вашем ведении. Рад работать на вас.

"Вы работаете на меня, а я - на Гаста", - напомнил себе Полтрок.

– Спасибо, - в ушах зазвенело от ударов металла.
– Должен сказать, что это, похоже, первоклассная команда, - внезапно почувствовал он воодушевление.

Может быть, работа все-таки не была невыполнимой? Операция шла как хорошо отлаженный механизм.

Повозка остановилась.

– Моррис - начальник бригады. Я попрошу его объявить перерыв, и тогда он сможет представить вас людям.

– Это будет в порядке вещей.

Они оба сошли с повозки. Никто даже не взглянул на него, когда они подошли к линии. Каждый человек, черный или белый, работал сосредоточенно и решительно.

А молоты, бьющие по костылям, продолжали стучать.

Когда Полтрок пересек черту, он замер. Внезапно он почувствовал, как желчь бурлит в его нутре...

Окинув взглядом поле, он увидел еще не менее трех десятков отрубленных голов на кольях.

(II)

– Чайный пакетик...