Шрифт:
– Шевелитесь, сучки и старики янки!
– кричит один солдат.
– Гуськом!
– кричит другой.
– Любой из вас, кто не сделает то, что вам говорят, умрет!
Когда повозка пустеет, она разворачивается и катится к выходу на другом конце здания.
"Так где же торф?" - спрашиваешь ты.
Торфа нет.
Командующий Конфедерации и двое рядовых верхом приближаются к амбару. Они выглядят уставшими и побелевшими от пыли, но, замедляя ход лошадей, они смотрят на амбар.
– Остановитесь и изложите свое дело, сэр!
– кричит часовой.
Командующий спешивается и отдает честь.
– Я майор Тактон, Первый пехотный полк Северной Каролины, сержант. Можете стоять спокойно, пока я отдаю приказы, - он достает рулон бумаги и показывает его часовому, продолжая с восторженным акцентом.
– Я еду в город Миллен, чтобы доставить важные разведданные генералу Мартину.
Часовой изучает приказы и возвращает их.
– Да, сэр!
– И мне нужна вода для моих людей и лошадей, так как Миллен все еще довольно далеко, и я должен быть там как можно скорее.
– Да, сэр, мы позаботимся о вас прямо сейчас, сэр!
– И позвольте мне спросить вас кое о чем, сержант. Вы готовы к хорошим новостям?
– Да, сэр, вы можете в это поверить... До нас дошли слухи, что янки собираются взять Чаттанугу...
– Да, ну этого не произойдет, и вы можете распространить информацию, потому что наш гордый генерал Брэкстон Брэгг только что уничтожил дивизию Союза в Чикамога-Крик. Эти чертовы ублюдки бегут на север, сержант, потому что они знают, что им сейчас не взять железнодорожные узлы в Чаттануге, не с десятью тысячами их людей, погибших. Теперь мы выиграем эту войну, сержант. Распространяйте информацию...
Сержант ликующе кричит. Он бросает винтовку и бежит к другим часовым.
– Принесите воды майору и его людям и скажите всем, что мы только что разгромили янки в Чикамоге!
Новость распространяется как вирус. Свист, улюлюканье и крики ликования сотрясают воздух.
Когда сержант возвращается с отрядом по раздаче воды, бровь майора поднимается.
– Сержант, что здесь происходит?
– и он указывает на фургоны и голую толпу, которую загоняют в амбар.
Сержант делает паузу.
– Процедура заключенных, сэр.
Майор снимает шляпу и откидывает волосы назад.
– Но я думал, мы отправляем всех заключенных-янки в то новое место, что к югу отсюда, в Андерсонвилль.
– Это гражданские заключенные, сэр.
– Но... я не вижу здесь никакой тюрьмы, сержант. Только этот большой амбар, - майор начинает идти к амбару.
– Я хотел бы знать, что здесь происходит...
– Я-я прошу вашего снисхождения, сэр, - прерывает сержант и протягивает еще один рулон бумаги.
– Но вот мой приказ для вас, чтобы вы его осмотрели. Видите ли, сэр, эта территория является ограниченным периметром по приказу временного заместителя инженерных работ, мистера Харвуда Гаста.
– Кто? Гражданский, отдающий военные приказы? Я не признаю гражданских указов...
– О, нет, сэр, это военный приказ, который скреплен подписью генерала Кодилла.
– Хм-м-м...
– майор читает приказ, озадаченный.
– Понятно...
– Но спасибо за славные новости о генерале Брэгге, сэр! Линкольн наверняка подпишет перемирие, не так ли?
Майор кажется рассеянным, вопросительно глядя на амбар.
– О, да, сержант, он, скорее всего, так и сделает, теперь, когда он знает, что не сможет заполучить железнодорожные станции Теннесси. Как только Европа услышит об этой великой победе, они наверняка признают Конфедеративные Штаты Америки. Они пригрозят прекратить торговлю с Севером, если они не объявят перемирие и не признают нас как независимое государство сейчас...
– но он качает головой в сторону амбара.
– Вы можете продолжать, сержант.
– Да, сэр!
– и сержант бежит обратно к караульному посту.
Теперь майор смотрит...
На тебя.
Он подходит, и ты встаешь по стойке смирно. Ты не отдаешь честь, потому что ты с ружьем.
– Добрый день, сэр!
– Вольно, рядовой, - за его спиной люди майора поят лошадей.
– Можете ли вы сказать мне, что, черт возьми, происходит в этом амбаре?
– Простите, сэр, но я не знаю.
– Самое странное...
– майор щурится. Заключенные, ранее загнанные в амбар, теперь выходят через дальний вход и возвращаются в фургон. Фургон уезжает на холм.
– А кто этот человек, Харвуд Гаст? Я никогда о нем не слышал.
– Он гражданский назначенец, я думаю, сэр, - говоришь ты, но понятия не имеешь, откуда взялась эта информация.
– Я слышал, его называли частным финансистом. Он построил альтернативную железную дорогу, которая идет сюда из восточного Теннесси.
– О, да, ту, что на том перекрестке в городе "Три дороги", верно?
– Полагаю, да, сэр. Я слышал, что он заплатил за нее своими деньгами, проложил пятьсот миль пути, сэр.
– Хм-м-м... да, ладно. Просто еще один богатый парень в сговоре с новым правительством. Вероятно, пытается купить себе место в кабинете президента Дэвиса или что-то в этом роде.