Он вздохнул.

— Я думаю... Думаю, может быть, это и хорошо, что мы разговариваем сейчас по телефону. Мне неприятно видеть тебя расстроенной, ты это знаешь. Меня убивало то, что я не удержал тебя в отеле, но я не могу постоянно жертвовать тем, что мне нужно от отношений, потому что мой инстинкт подсказывает мне всегда облегчать тебе жизнь. И это то, что я сделал.

Ну что ж, цыплят по осени считают. Это было удручающе точное утверждение, когда я лежала в своей постели и слушала то, что он мне рассказывал. Я видела это ясно, как божий день.

— Скажи, что тебе нужно, Мэтью, — тихо взмолилась я. — Понимаю, что могу сидеть здесь до посинения и говорить, что ты можешь мне доверять, что я никогда, никогда больше не сделаю ничего подобного, но знаю, что этого недостаточно. И ты заслуживаешь большего, чем пустые слова.

Мэтью на другом конце провода молчал. Я попыталась представить, где он, как выглядит его лицо и какая у него поза. Между нами могло быть миллион миль, но я чувствовала себя такой далекой от него.

— Я не прошу разрушать свою семью ради меня, Ава, ты это знаешь. Мне нужно знать, что ты поверишь, что я не такой, как они, и что тебе не нужно защищаться от меня так, как тебе приходилось защищаться от них. Мне нужно знать, что ты будешь поддерживать меня так же, как я всегда буду поддерживать тебя. Я буду поддерживать каждое Рождество, каждый напряженный, неуютный праздник, пока знаю, что ты рядом со мной, не уменьшая того, что у нас есть, чтобы облегчить жизнь всем остальным. Да, мои поклонницы могут взбеситься на некоторое время, но мне все равно. Они в этом не участвуют; только мы с тобой такие, как есть. И мне нужно, чтобы ты верила в это так же сильно, как и я.

Мой кончик носа горел, пока я молча слушала.

— Тебе нужно, чтобы я смирилась с уродливой реальностью и не пыталась представить ее в виде красивой лжи.

— Да, — медленно произнес Мэтью. — Да, это то, что мне нужно.

— Хорошо, — тихо ответила я. — Я слышу тебя.

— В глубине души и сердца я знаю, что ты никогда бы не поступила со мной так, как поступила твоя сестра. Что мы с Лекси сделали друг с другом. Я знаю это, Ава. Но до сегодняшнего утра на работе я, кажется, не осознавал, как много во мне осталось от тех отношений.

Я подумала о том, что носила в себе, что неосознанно перенесла из своих отношений с семьей в отношения с Мэтью. Непреднамеренная дистанция, вызванная невидимыми ранами. Мы все в какой-то степени переносим это, независимо от того, откуда пришел ущерб.

— Иногда я думаю, что осознание этого — половина успеха в преодолении этого.

— Я надеюсь на это, — вздохнул он в тишине. — Я скучаю по тебе, Худышка.

Я перевернулась на бок и поднесла ворот толстовки к носу и сделала глубокий вдох.

— Я тоже по тебе скучаю.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и Мэтью отключил связь, пока я прижимала телефон к уху. Прежде чем повесить трубку, он не сказал, что любит меня, и я тоже не стала. Сейчас было неподходящее время для этого. Когда у меня наконец появится шанс сказать это, я буду смотреть ему прямо в глаза.

Пока я доедала холодный суп, кормила Фрэнки, умывалась и чистила зубы, в голове снова и снова прокручивались его слова. Когда я снова забралась под одеяло, осторожно взяла телефон и сделала глубокий вдох, прежде чем сделать один телефонный звонок. Вызов прошел несколько раз, затем включилась голосовая почта, за что я была благодарна.

— Это я, — произнесла я. — Я... Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал завтра, если у тебя будет время и ты готов меня выслушать. Это важно. Иначе я бы не просила.

Закончив сообщение, я глубоко вздохнула и отложила телефон. Может быть, этого достаточно. А может, и нет. В любом случае, я должна попытаться.

Ава

— Вы сказали, в конференц-зале напротив вашего кабинета? — рявкнул координатор защиты в телефон на моем столе.

На заднем плане я слышала крики игроков и шум активности, которые мне так нравились. Я так сильно хотела быть там и смотреть, тем более что это был последний день сбора перед нашей первой предсезонной игрой.

Но предстояли более важные дела.

— Да, там.

— Сейчас все раздают автографы. Мы закончили с постановками. — Он прочистил горло. — Но я же не обязан руководить собранием, верно?

Я слегка закатила глаза.

— Нет, Гэри, я позабочусь об этом. Только пусть это останется между нами, ладно?

— Я понял, Бейкер. Я отправлю его к тебе. Только скажи.

Повесив трубку, я постукивала ногтями по столу и смотрела, как длинная стрелка часов приближается к циферблату SDGT — назначенное время драматического жеста (scheduled dramatic gesture time).

Двумя самыми волнующими моментами были мои приглашенные гости, если они решат принять мое предложение, и наш координатор по защите, сообщивший Мэтью, что он нужен для краткой встречи в конференц-зале напротив моего офиса.