Прежде чем я успел заговорить, из темноты, созданной направленными на нас яркими огнями, появилась Ава.

— Я знаю, что ты ненавидишь галстуки, Логан. Все в команде знают, что ты ненавидишь галстуки.

— Не все, — проворчал он, прищурившись, глядя на меня.

Большинство игроков были приветливы. Большинство парней искали меня в здании, чтобы поздороваться, или присылали сообщения с приветствием в команде, но только не Логан. Я был капитаном в своей старой команде все время, кроме первого года, когда был новичком. Поверхностное рукопожатие и короткое «Добро пожаловать в Вашингтон», которыми он одарил меня в мой первый день, не произвели на меня должного впечатления. И вот мы здесь, на интервью, которое Ава вежливо потребовала от нас, хотя эти три слова были всем, что он мне сказал.

Может, он и не боялся Авы, но все равно появился.

Ее телефонный разговор с ним был быстрым, а голос — яростным.

«Уорд, мне плевать, что ты сейчас истекаешь кровью в отделении неотложной помощи. Скажи, чтобы тебе зашили задницу, потому что через два часа ты будешь в приличной одежде в студии. Ты меня понимаешь?»

Что бы он ни сказал, это заставило ее закрыть глаза и медленно дышать на десять счетов, затем она сказала «хорошо» и повесила трубку. Когда я перестану замечать, насколько она изменилась?

Ава, стоявшая передо мной и оттягивавшая мою руку от узла галстука, была единственной ярким предметом во всей комнате. И Логан, и я были одеты в темные цвета. Комната была окрашена в различные оттенки черного, белого и серебристого, пока мы ждали появления интервьюера.

На ней было какое-то яркое красновато-розовое платье, у которого, вероятно, было необычное название, а каблуки были высоченные и ярко-желтые. Наверное, это не должно было выглядеть хорошо, но выглядело. Когда она протянула руку, чтобы поправить узел моего галстука, и откинулась назад, чтобы критически его рассмотреть, я все еще пытался сопоставить эту Аву с той, которую знал так давно. Та Ава носила футболки и джинсовые шорты. Эта «Ава» была изящной и отполированной, с яркими красками и едва уловимой сексуальностью, из-за которой моя кожа казалась на два размера меньше, чем нужно.

Особенно, когда она подняла ко мне лицо и в свете лампы ее зеленые глаза приобрели оттенок свежескошенной травы. Они были того же цвета, что и футбольное поле, одно из немногих мест, где я по-настоящему чувствовал себя как дома.

Мои брови поползли вверх, как будто сам факт, который я заметил, был странным. Она еще раз потянула за край моего галстука и кивнула.

— Спасибо, — сказал я ей хриплым голосом, когда она отступила на шаг.

— Нельзя, чтобы перед камерой галстук был завязан криво. — Ее взгляд, брошенный на Логана, был полон раздражения, и я подавил улыбку.

— Это ужасно, — пробормотал он. — Почему я снова здесь?

Мой взгляд метался между ними, и я боролся с инстинктивным желанием врезать ему по затылку, как сделал бы со своими бывшими товарищами по команде. Но глаза Авы сузились, и я откинулся на спинку стула.

Ава медленно, сдержанно выдохнула.

— Помнишь, когда парень из радиостанции KIRO спросил тебя, планируешь ли ты уйти на пенсию в этом году, а ты вместо ответа смотрел на него целых тридцать секунд, а потом просто ушел?

— Да, — осторожно ответил Логан.

— И мне пришлось потратить тридцать минут, чтобы надрать тебе задницу пока ты был в Токио, потому что в Твиттере началась кампания о том, что главный офис должен заставить тебя уйти в отставку, потому что ты вел себя как настоящий засранец по отношению к самому любимому спортивному репортеру Сиэтла?

Логан прочистил горло.

— Если оставить в стороне этот «приятный» инцидент, — продолжила она, — это потому, что ты один из капитанов, и если ты откажешься от следующего интервью, я придумаю сорок семь новых способов избавиться от твоего тела, Уорд.

Я расхохотался, особенно когда Логан просто медленно, сдержанно вздохнул. Очевидно, между ними не было ничего нового. Мне пришлось напомнить себе, что Ава уже много лет имела дело с Логаном и такими же мужчинами, как он. Невозможно было так долго находиться среди игроков и их самолюбия, чтобы не стать толстокожим. Она поймала мой взгляд и подмигнула. Очевидно, кожа у Авы была как тефлон.

Еще одна вещь, которая была для меня новой.

За те годы, что я провел с Эшли, каждый раз, когда видел, как она или ее родители отпускают в адрес Авы какой-нибудь необдуманный комментарий о том, что она не вписывается в общество или чем она отличается от своей сестры, в ее глазах появлялась обида, а уголки рта опускались.

Эта Ава казалась непроницаемой, и я добавил это к списку вещей, которые меня в ней удивляли. Когда этот щит рухнул? Должно быть, это было после того, как мы с Эшли расстались.

К нам подошла ассистентка и начала задавать Логану вопросы, поэтому Ава полностью переключила свое внимание на меня.

Эти глаза. Это заняло бы у меня весь день, но я все время хотела придумать названия для их зеленого оттенка.

— Что-нибудь нужно? Не думаю, что это займет много времени. Им нужно уделить этому всего около пяти минут, так что, скорее всего, они просто зададут вам обоим пару вопросов. Ничего особенного. Ничего такого, о чем вы уже не говорили.