– Романов прибыл в Екатеринбург. Нужно быть очень смелым, чтобы сделать такое при нем, - добавил еще один мужчина.

– Романов в княжестве? Значит, наш план не может быть реализован? Придется перенести его?
– задумался Оболенский.

– Это приказ магистра. Он не хочет привлекать внимание Романова сразу.

– Папа, вы правы. В Екатеринбурге весело!
– произнесла Настя с сарказмом, наблюдая за толпами людей с плакатами, которые стояли напротив военных и полиции.

– Крайне уморительно, дочь, - зло проговорил отец.

– Может, спросим, что происходит?
– не отставала девушка от отца.

– А давайте. Будет, что обсудить с местным князем.

Остановив автомобиль, отец с дочерью вышли из машины. Их никто не сопровождал. Охрана, прекрасно зная на что способен их государь, не мудрствуя лукаво, рассредоточилась по кругу.

– Что тут происходит, офицеры?
– осведомился Николай у полицейских.

– Ваше высочество? Как вы тут оказались? Ой, простите. Так вот. Смутьянят! Требуют свергнуть монархию, нашего князя и вас, - ответил один из полицейских, не зная, как себя вести, стоя подле с императором.

– Против меня и князя? Вот это не ожидал. Дочь, вы помните, когда против меня бунтовали в последний раз?
– потрясённо, осведомился у дочери, которая с заинтересованностью разглядывала местных военных.

– Десять лет назад, на ваше день рождения, - не отводя взгляд от оружия военных, отозвалась девушка.

Заметив этот взгляд, Николай Николаевич лишь вздохнул и обратился к ближайшему военному.

– Солдат, отсоедини магазин и достань патрон из патронника. И, пожалуйста, дайте ваше оружие моей дочери. Она очень его любит.

– Но ведь не положено, - помявшись, ответил рядовой и бросил взгляд на офицера.

На что офицер, нервно вздрогнув, вздохнул, бросил взгляд на солдата и императора. А затем, заглянув в машину, возле которой и стоял, вытащил такой же автомат. И, сняв магазин, передал его дочери государя.

А Романов обратился к народу.

– Граждане, ради чего вы это устроили?

– Чтобы вы ушли!
– раздался крик из толпы.

– Хорошо, я уйду, а что дальше?

– Власть будет у народа! Мы сделаем нашу страну лучше!

А император рассмеялся. Громко и заразительно. Его дочь подхватила смех. Военные и полицейские неуверенно улыбнулись.

– Вы заблуждаетесь. К власти могут прийти люди, которые будут хуже меня. Я, как государь, говорю вам, что тот, кто решил выгнать вас на этот митинг, кто устроил этот бунт, сейчас находится в зале, где ваш новый князь должен дать клятву верности княжеству. Они сидят в комфорте. Они ничем не рискуют. А умирать в случае конфликта будете вы. Вами жертвуют ради своей выгоды. А я и моя дочь стоим перед вами. Говорим с вами как с равными. И я хочу напомнить, что если вы перейдете границу дозволенного, армия не будет считаться с вами. Каждый из вас будет обвинен в измене, а в большинстве приговоров это казнь. Подумайте об этом. Хотите изменений в княжестве? Соберитесь людьми и просите князя говорить с вами. Дайте ему бумаги, где вы напишите свои просьбы и предложения. Донесите ему, что это необходимо. Расходитесь домой и подумайте над моим предложением. Дочь, поехали, - закончив говорить, он махнул девушке и направился к машине.

А Настя, приподняв автомат и изобразив грустное выражение лица, обратилась к офицеру:

– Можно, я возьму его? У меня ещё такого нет. Пожалуйста.

– Хорошо, Анастасия Николаевна, - улыбнулся офицер и, достав из кармана магазин, передал его девушке.

Настя лишь благодарно кивнула и, поцеловав офицера в щёку, побежала догонять отца.

Кортеж Романовых не доехал до администрации несколько кварталов. Им пришлось остановиться на мосту через реку Исеть. Перед ними были баррикады из машин, ящиков и старого трамвая.

– Отец, мне уже нравится местный князь, - с улыбкой сказала девушка.

– Угу. Познакомишься вживую, понравится ещё больше, - ответил Романов.

– Что будем делать?
– спросил водитель.

– Вы ищите объезды, а я поговорю с народом, - произнёс государь и, открыв дверь, направился к баррикадам.

– Вот так, Анастасия Николаевна, поедем искать объезды.

А девушка лишь усмехнулась и с любовью погладила винтовку. Она не обманула солдат, когда говорила, что такой нет. Это была совершенно новая модель, которая только-только встала на вооружение в некоторых частях страны. Это был АК-308. И, мечтая о том, как будет здорово по приезду в Москву сбежать на полигон и установить на это чудо много разных улучшений, она столкнулась с реальностью. По машине начали стрелять. Водитель резко дёрнул руль вправо и врезался в здание. Анжела вылезла из машины и начала вытаскивать водителя. Ему пуля попала в плечо. Вторая машина охраны осталась с императором. Достав телефон, она передала его водителю и сказала, чтобы он позвонил отцу. Перекинув автомат, она начала методично отстреливать тех, кто попадался ей на глаза.

Я стоял у входа в администрацию и ожидал, когда бойцы Безухова выведут арестованных. Я потратил около двадцати минут, объясняя людям всю глупость их бунта. К сожалению, теперь невозможно увидеть виновников. Это очень сильно задело людей, что кукловодами оказались пермские аристократы.

– Дамир Александрович. Звонили люди Романова. Они сказали, что на кортеж напали со стрельбой. Просят помощи. Мы находимся в семи минутах от них, - ко мне подошел один из моих гвардейцев.