Надя спустилась через двадцать минут после этого разговора с Фудзивара.

– Я готова. Какие у нас планы?
– сев рядом со мной, она положила свою голову мне на плечо.

– У меня через час встреча. Поэтому вы с охраной поедете в общежитие. Потом в магазины. Купите все, что вам нужно. А потом позвоните мне, и мы решим, что делать дальше. Или вы приедете в офис, или мы встретимся где-то в городе. Нам нужно в ювелирный. Нужны кольца. Да и пообедаем где-нибудь.

– Магазины... Покупки...
– тяжело вздохнула девушка.

– Забудьте. Вы моя жена, и платить буду я.

А Надя заметно воодушевилась. Она прижалась ко мне еще сильнее. Но, как я ни старался, мои глаза постоянно возвращались к ложбинке ее груди.

Посидев со мной еще пару минут, девушка ушла собираться.

А я набрал номер Распутина.

– Вы в поместье?
– спросил я его, когда он ответил на звонок.

– Да, князь.

– Слушайте, а у вас есть пара девушек в охране? Для Нади бы выделить.

– Да, они уже все организовано и их познакомили. Они раньше у Елены были.

– Так быстро? Когда только успели. Удивленно пробормотал в телефон.

– Это моя работа, князь.

– Кстати, не подскажите, а вы дворянин или простолюдин?

– Простолюдин, господин.

– Тогда слушайте распоряжение. Берёте сейчас своего заместителя. Кто отвечает за всё, когда вас нет и идёте в мой кабинет.

— Понял вас. Будем через десять минут.

Ко мне в кабинет вошли трое. Распутин, Николай Иванович, его заместитель в гвардии, и незнакомый мне мужчина.

– Это Григорий Валерьевич Дмитриев, он отвечает за охрану поместья.

– А Николай Иванович, значит, за гвардию?
– уточнил я у них.

– Да, княже.
– синхронно кивнули они.

– Итак, господа. С этого дня Григорий Валерьевич, вы отвечаете за охрану всего клана Болконских.

– Но, простите, Дамир Александрович, но клана Болконских нет, вы ошиблись, есть только род, - произнес Андрей Игоревич.

– Я знаю, что говорю, - бросил я строгий взгляд на Распутина и, не дав ему извиниться, продолжил.

– Николай Иванович, с этого дня вы глава гвардии клана. Распутин больше не глава охраны и гвардии. Он снимается с этих должностей.

– Дамир Александрович, это честь для нас, - поклонились Николай и Григорий.

– Тогда свободны. Принимайте дела, наводите свои порядки. В общем, работайте, господа. К вечеру подготовьте доклады. Что нужно изменить, как улучшить. В разумных пределах. Да, кстати, ваш бюджет теперь будет разделен на каждую структуру отдельно. Распоряжения уже в канцелярии. Созвонитесь и определитесь. Без моего вмешательства. Докажите, что Андрей Игоревич не ошибся в вас.

Поклонившись, они вышли из кабинета, а Распутин остался. Ему было больно и грустно. По его сгорбленной фигуре было видно, что это был удар для мужчины.

– Садитесь, Андрей Игоревич. В ногах правды нет.

– За что вы со мной так, князь? Я ведь всю жизнь вашему роду служил верой и правдой. Да вы и сами знаете, - его голос дрожал.

– Андрей Игоревич, я не буду пока отвечать на ваши вопросы. А вот вы мне расскажите про свою семью.

– У меня две жены. Четыре дочери. Две внучки и одна дочь беременная. Ждет двойню, - как на докладе ответил мне Распутин.

– И где они все работают, живут?

– Они, как и я, слуги рода. Живем мы в квартирах в городе. Ваш отец покупал несколько домов специально для слуг. Работают кто-то в поместье, кто-то в офисе.

– Как думаете, сколько времени нужно, чтобы вам одобрили основание своего рода?

– Неделя, господин. Но это невозможно.

– Как это невозможно?

– Никто не отпускает слуг рода. Это нонсенс. А для нас нужно ваше согласие не устно, а письменно.