— Ладно, плевать на него. Главное — он дал нам зацепку. — Думаю, стоит поспешить.

И мы выдвинулись на северо-запад.

— Кстати, а если мы там и вправду что-то найдём, то продадим ему? — по пути задал неожиданный вопрос Шей.

— Почему бы и нет. Он не врал. И вправду, он тот, кто заплатит больше всех. А мне все эти древние штуки всё равно не нужны. Лучше уж пополним казну Гильдии. Разве что там будут магические артефакты или книги по магии. Эти я ему ни за какие деньги не отдам!

— Ну… Тоже верно, — понимающе кивнул он и замолчал.

И вот, мы достигли цели, наконец, наткнувшись на искомое. Хоть и пришлось немного порыскать по округе. Уже за стеной города, в глухом, безмолвном пролеске, обнаружился старый, давно заброшенный, полуразвалившийся храм. Его остов чернел на фоне неба, словно не от мира сего. Ну… Будем надеяться, что хоть тут наши поиски окончатся успехом.

— Кстати, а кому из богов вообще посвящён этот храм? — задался я вопросом, когда мы проникли внутрь.

Вокруг царило полнейшее запустение. Редкие лунные лучи, пробивавшиеся сквозь разбитые своды, выхватывали из мрака осколки былого величия. Пусть основа храма и устрояла, но всё внутреннее убранство уже давно пришло в упадок. Штукатурка осыпалась, обнажая грубый, почерневший от времени камень, мозаика разрушилась, а декоративные элементы осыпались.

— Хм… — Шей замер на месте, его взгляд скользнул по заросшим паутиной углам. — Честно говоря, не знаю. Статуй тут не осталось, будто их вывезли. Символов каких-либо богов тоже. Впрочем, не всё ли равно?

— Возможно. Но как-то жалко смотреть на то, что случилось с этим явно некогда прекрасным местом, — я провёл пальцами по шершавой поверхности колонны, и с неё тонкой струйкой посыпался песок. — Впрочем, ты прав. Это особого значения не имеет. Идём. Вон, смотри, среди пыли на полу есть следы. Нам явно туда.

Вскоре мы и вправду натолкнулись на спуск в подвалы.

— Ну что, пошли? — бросил Шей, уже сделав шаг к тёмному проёму.

— Стой, — схватил его за плечо. — Я пойду один.

— А? Ты что, с дуба рухнул? Или правда думаешь, что вновь позволю взять на себя всю опасность? Нет уж, один ты не пойдёшь! — он отшатнулся, и его лицо, озарённое тусклым светом, исказилось гримасой гнева и обиды.

— Шей… Ты же знаешь, что это не из-за того, что я в тебе сомневаюсь или что-то такое. Просто… — тяжело вздохнул я. — Ааа! Демоны с тобой. Скажу прямо. Это слишком опасно для тебя. Не зря же этот коллекционер сказал, что ни одна из групп не вернулась. А это значит, что внутри что-то крайне опасное. И если я смогу защититься магией, то вот тебя защитить никак не смогу.

— Не нужна мне никакая защита! — вскипел он, сжимая рукоять своего меча так, что костяшки пальцев побелели.

— Шей… — положив обе руки ему на плечи, посмотрел прямо в глаза. В его тёмных зрачках плескалась буря обид, но под ней я видел холодную струйку понимания.

— Но…

— Ты ведь и сам всё понимаешь. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы думать иначе. Знаю, что ты никогда не бросишь меня. Но это не тот случай. Я не хочу рисковать тобой из-за какой-нибудь древней ловушки. Скажу прямо: ты там будешь только мешать.

— Чёрт побери! Умеешь же ты надавить на больное, — он с силой выдохнул, отводя взгляд. — И всё же, ты прав. Я не какой-то там сверхчеловек с невероятной реакцией. Если активируется какая-нибудь ловушка и из стены вылетит дротик, я вряд ли успею увернуться. Так что ты прав. Тебе и вправду будет проще идти одному. Но помни, о чём я тебе уже говорил. Посмеешь сдохнуть и будь уверен, я найду способ тебя воскресить, чтобы прибить уже самому!

— На этом и сойдёмся, — усмехнулся я, хлопнув по плечу. — Не скучай тут.

И я двинулся вниз по ступенькам. Каменные плиты были холодными и скользкими от сырости, а воздух с каждым шагом становился гуще и затхлее. Становилось всё темнее, что даже пришлось зажечь над ладонью небольшой огненный шар, чтобы осветить округу. Пляшущие тени будто оживали на стенах. Вот только стоило спуститься в самый низ, как внезапно на стенах, один за одним, начали вспыхивать кристаллы, освещающие округу немного потусторонним синим огнём. Они горели холодным, безжизненным светом, от которого по коже побежали мурашки.