Трусики сидят без нареканий. Но вот верх… Я уже измучилась туда-сюда двигать по нижней тесьме треугольники ткани, которые больше открывают, чем скрывают.

В юности я не могла похвастаться размером груди, но после родов она заметно в объеме прибавила. И теперь мой вполне приличный купальник превратился в нескромное бикини. Другого у меня нет. Пришлось распустить волосы и хоть как-то прикрыться. Потому что Олег так на меня смотрит… Особенно после того, как я окунулась, и от прохладной озерной воды по моему телу рассыпались густые колючие мурашки, а соски превратились в два крупных острых камушка.

Я чувствую изучающий мужской взгляд даже через его зеркальные очки. Парень полулежит на спине, опершись на локоть. Его голова чуть обращена в мою сторону. Прямо в поле моего зрения вздымается его внушительный пах в плавательных трусах меж раскинутых ног, обильно покрытых коричневыми завитками. И я снова ругаю себя, что забыла дома свои солнцезащитные очки. В них мне бы не пришлось прятать глаза, которые против воли то и дело шарят по телу Олега.

Он хорошо сложен — широкие плечи, мощные бедра, сильные руки. На груди притягивает взгляд темный островок из длинных мокрых волосков, плавно переходящий в узкую полосу, которая тянется прямиком за резинку трусов.

Я ни разу не видела так близко парней, в такой позе, в одном белье, и некоторые детали мужской анатомии все еще остаются для меня белым пятном.

Я представляю, как Олег выглядит без одежды, и тут же вздрагиваю.

Олег касается сгибом пальца моей разгоряченной спины, ведет вдоль позвонков и рядом усаживается.

— Голову напечет, — заботливо надевает на меня свою бейсболку.

— Спасибо, — опускаю ниже козырек.

Так и правда лучше. Устала уже жмуриться.

На Мишу смотрю.

Он занят тем, что набирает совком гальку в ведерко для песочницы.

Неподалеку молодой мужчина учит держаться на воде своего сына. Мальчик чуть старше Мишки. Его отцу лет двадцать пять. А на пледе под зонтом слева от нас сидит девушка — примерно, моя ровесница, — и поит из непроливайки их годовалую дочку.

Семья…

Наверное, со стороны мы с Олегом тоже производим впечатление вполне благополучной семьи. На деле же едва несколькими фразами за все это время перекинулись.

Олег пытается, конечно, наладить диалог, но я, как обычно, сама разговорчивость.

— Мама, смотри, как умею! — горланит мальчик, покачиваясь на воде у отца на руках и активно бултыхая ногами.

Мать укачивает дочку и машет сыну, мол, давай, плавай, не кричи.

В то время как я больше всего на свете желаю, чтобы мой закричал вот так же: “Смотри, мама, смотри!”

Чужому счастью не завидую, нет.

Да и как можно завидовать тому, чего не знаешь?

А мне действительно сложно понять, каково это — быть замужем, иметь полноценную семью, чувствовать надежное плечо мужчины. Что это за ощущение, когда ложишься с ним в постель каждую ночь, а утром — просыпаешься… Про взаимную любовь я и вовсе только в глупых романах когда-то читала. А еще есть то, чего уж я точно лишена по умолчанию — понимания того, что есть на этом свете человек, который любит моего ребенка наравне со мной. Нашего ребенка…

— Жень, пойдешь купаться? — Олег легонько задевает меня своим горячим плечом.

— Я… Нет, посижу. Ты иди.

Олег уходит плавать. Миша возится на берегу с галькой. А в три часа, когда солнце жарит все агрессивнее, и я опасаюсь, что Мишка перегреется, мы едем в одно из летних кафе, которыми изобилует курортная зона.

У входа в заведение, высунув язык и громко дыша, сидит беспородный облезлый пес.

И Мишка мой тут как тут.

— Миша, не надо трогать, — крепче перехватываю руку сына и тяну его в сторону. — Видишь, собачке жарко.

Но Мишка все же успевает проехаться ладонью по загривку пса.

Заходим в кафе, и Олег говорит:

— Давай на веранде сядем, — предлагает не торчать в душном помещении.

— Хорошо, мы сейчас. Руки только помоем.

Идем в туалет.

Миша первым делом нужду справляет — с недавних пор стоя, по-мужски.

Папы у нас нет, а мне в голову даже не приходило, что мальчиков нужно учить таким вещам. И подсказать было некому, как правильно, но мой маленький мужичок сам сообразил. На других мальчишек в садике посмотрел и понял, что и как надо. Дома, хоть и на горшок еще ходит, но тоже стоя и почти без промаха.

— Я мясо заказал, — сообщает Олег, когда приходим. — А тебе что взять, братан? — кивает он Мишке.

Олег так и не понял, что Миша еще не разговаривает.

— Я сама ему закажу, — помогаю сыну взобраться на скамейку. — Миша, посидишь с дядей Олегом? Я быстро.

Чтобы не ждать официанта и ускорить процесс, возвращаюсь в основной зал и делаю заказ у стойки.

С утра Мишка печеньем перебился и сладким чаем. От каши наотрез отказался, пришлось выбрасывать. На обед беру ему домашнюю лапшу, картофельное пюре и котлету. Съест — не съест, да что-то поковыряет.