Ну? — мысленно спросил я Альфу Огня. — Что скажешь?

В моём сознании воцарилась тишина. Потом древний голос прозвучал с такой яростью, что я едва не выронил жабу:

Убери руки от этого… паразита! Это оскорбление!

Но…

Вонь! — прорычал Тигр так, что у меня зазвенело в ушах. — Это существо — насмешка! Биологический тупик!

Ты же сам сказал, что на парне след жизни.

ИМЕННО НА ПАРНЕ! — голос стал громче, болезненнее. — Не на этой твари!

Я внимательно изучил жабу. Она смотрела на меня с тем же бессмысленным выражением, слегка шевеля ртом. Обычное болотное создание.

Может, Альфа всё-таки спряталась в этой форме? — предположил я.

Ответом стал такой рык, что пришлось стиснуть зубы:

Не говори глупостей, Зверомор! Моя сестра — это вечное цветение! Это Эволюция во плоти! Ты думаешь, она стала бы… ЭТИМ?

В его ментальном голосе звучали отвращение и оскорблённая гордость.

Эта тварь просто нажралась её силы, — продолжил он презрительно. — Через парня. Кто-то касался его. Возможно, этот Харон. Я найду его.

Я перевёл взгляд на Мику. Парень нервно кусал губы, ожидая вердикта.

Тогда что с парнем?

Посмотри на него! — огрызнулся Альфа. — Он видит устройство плоти! Он изменяет жизнь прикосновением!

Мика действительно обладал уникальным даром.

Альфа Жизни коснулась ЕГО, — продолжил Тигр уже спокойнее . — Может и эту тварь, которую оставила ему как инструмент.

Я снова посмотрел на жабу. Не прошло и секунды, как у Тины молниеносно выстрелил язык, и она втянула в себя обрывок плоти мясного голема. Затем самым непринужденным образом попыталась лизнуть мой палец своим влажным, липким языком.

Мерзость какая.

Так она, якобы, инструмент?

Конечно. Каждый раз, когда мальчишка лечит, остаются… отходы. Испорченная плоть. Вот она и жрёт всю мерзость, чтобы не мешала. Так себе зрелище.

Логично.

А сила в ней откуда?

Зверомор! Ты правда не понимаешь?

Я понимал. Просто сомневался, такой уж характер. Ну ладно…

Жаба — просто биологический сосуд. Кто-то когда-то передал им силу. Неосознанно.

Чёрт!

Вернул Тину Мике. Парень облегчённо прижал её к груди.

Теперь всё встало на свои места. Мика — носитель дара Альфы Жизни. А жаба — просто его питомец, поглотитель отходов. Среди них нет нашей цели.

Но что на самом деле произошло с амулетом? Кто-то хочет посеять хаос в Оплоте Ветров накануне турнира? Превратить людей в монстров? Или дело и правда в Альфе? Мы не сможем узнать, пока не найдём Харона.

— Пора выбираться отсюда, — сказала Лана, кивнув в сторону лестницы.

В пещере, высеченной в живой скале недалеко от Оплота Ветров, воздух дрожал от магических разрядов.

Тадиус замер посреди зала, закрыв глаза и запрокинув голову. Острые черты его лица исказила довольная усмешка. Руки сжались в кулаки. По телу пробежала дрожь. Волна чистой энергии, прокатившаяся импульсом где-то в трущобах Оплота Ветров, достигла его чувств острым импульсом.

— Наконец-то, — произнёс Тадиус, и голос прозвучал с глубоким удовлетворением человека, чей терпеливо выстроенный план начал приносить плоды.

За его спиной в тени стоял Моран.

— Что там? — хрипло спросил он.

— Мой маленький эксперимент дал результат, — ответил Тадиус. — Амулет сработал именно так, как планировалось. Альфа!

Друид Тени подошёл ближе.

— Когда? — в голосе звучало нетерпение.

— Минут десять, пятнадцать назад! — ликовал Тадиус. — Альфа Жизни пробудилась!

Трущобы встретили их знакомой вонью и разрухой. Моран и Мирана материализовались в переулке рядом с полуразрушенной таверной через несколько минут после смерти Зверя.

— Здесь, — указала Мирана на вход в подвал. — Источник был отсюда.