— Ты срезаешь половину мышцы! — возмутился Мастер.

— Я срезаю смерть, — отрезал Мика. Пот заливал глаза, щипал немилосердно, но он лишь мотнул головой, стряхивая капли в сторону, на пол. Нельзя занести грязь — это он тоже почему-то просто знал.

Сшивать чешую было нельзя — игла сломается.

Он подцепил иглой прямо под кожей, стягивая края раны изнутри.

Первый стежок лёг криво — игла дрожала в пальцах от волнения. Мика сжал зубы и заставил себя успокоиться. Второй стежок получился лучше. Третий — ещё лучше. Постепенно он входил в ритм, забывая о презрительных взглядах Мастера, о холоде вокруг, об опасности потерять работу.

— Да уж, — пробормотал Велимир, с брезгливым любопытством наблюдая за процедурой. Он отворачивался, когда игла прокалывала плоть, и снова поворачивался, притягиваемый странным зрелищем. — Эта кровь, эти… внутренности… Мерзость.

Наконец последний узелок был затянут. Мика осторожно убрал руки и посмотрел на результат. Шов выглядел грубо и неаккуратно по сравнению с магическим исцелением, но держался крепко. Кровотечение полностью остановилось.

— Готово, — сказал он, вытирая дрожащие руки о тряпку. Пальцы были красными, под ногтями забилась кровь, а на одежде появились новые пятна.

Велимир уже шагнул к столу с довольной ухмылкой, собираясь закончить дело, но Мика вдруг резко перехватил его взгляд.

— Есть ещё кое-что, уважаемый Мастер, — хрипло произнес парень, кивнув на швы. — Это не всё. Я остановил поток, но там внутри всё держится на честном слове.

— О чём ты? — нахмурился Велимир, замерев с занесенной рукой.

— Там всё рыхло, яд почти доел. Нитки долго не удержат, — быстро, чеканя слова, пояснил Мика. — Прикажите своему Светляку работать точечно. Пусть не тратит силы на шкуру. Ему нужно как бы сплавить ткани прямо поверх моих швов. Понимаете?

Велимир моргнул, переваривая услышанное. Грязный мальчишка указывал ему, как использовать его же магию? Но зачем спорить, если это принесёт деньги?

— И еще, — добавил парень, видя, что Мастер прислушивается. — Не закрывайте рану сразу. Я вырезал черное мясо, но зараза уже впиталась глубже. Если Светляк просто затянет кожу сверху, внутри получится плохо. Как бы сказать… Появится зараза, потечёт. Пусть сначала выжжет всё в глубине, между мышцами.

— Ты меня учить вздумал? — фыркнул Велимир, но в голосе не было прежней уверенности.

Он склонился над животным, осторожно касаясь его лба ладонью. Светляк на его плече зажужжал, меняя спектр свечения с мягкого зеленого на интенсивный, почти белый. Мастер, следуя инструкции, направил поток силы вглубь, минуя поверхностные слои.

— Сплавить… выжечь заразу… — бормотал он под нос, концентрируясь.

Золотистые искры магии заплясали вокруг раны, проникая сквозь грубые стежки Мики. Парень с облегчением увидел, как из глубины разреза пошел легкий дымок — магия уничтожала остатки инфекции, до которых не добрался нож.

Глаза Мастера расширились от удивления.

— Живёт! — признал он с неохотным изумлением. — Пульс стабилизируется. Примитивно, варварски, отвратительно на вид, но… работает. Тебе опять повезло, пацан.

Мика пожал плечами, не зная, что ответить. Для него это было обычным делом — остановить кровь, зашить рану, дать животному отдохнуть. Но среди лекарей такое воспринималось как грязное деяние, недостойное цивилизованного человека.

Мастер достал из кошелька горсть медных монет и брезгливо бросил их на стол рядом с окровавленными инструментами, стараясь не касаться их даже взглядом.

— Вот твоя награда, мальчишка, — сказал он, уже возвращаясь к своему обычному высокомерному тону. — И запомни — это исключение. В следующий раз думай дважды, прежде чем лезть не в своё дело. А теперь убирайся и приведи себя в порядок. Ты воняешь кровью, как мясник.

Мика собрал монеты дрожащими пальцами — их было больше, чем он получал за неделю обычной работы.

Медь была тёплой и тяжёлой в ладони, давая ощущение безопасности. Сегодня он сможет купить не только хлеб, но и нормальную еду, может быть, даже позволит себе кружку горячего эля в таверне, где подрабатывал.

А большую часть этих денег отложит на лекарство сестре. Отлично!

Выходя из секции, Мастер напоследок остановился. Чешуйчатая Гончая на его руках ровно дышала, чешуя понемногу возвращала себе радужный блеск.

— Прибери здесь всё, — бросил Велимир, унося питомца довольному хозяину.

Дверь закрылась с глухим щелчком, оставив Мику одного в лечебной секции, пропитанной запахами крови и лекарственных трав.

Парень выждал несколько секунд, прислушиваясь к удаляющимся шагам Мастера по скрипучему коридору, затем расслабился и оглядел царящий вокруг хаос.