— Я прилечу первым же рейсом, — вскакиваю с кровати и быстрым шагом иду в кухню. — Черт, ни одного пропущенного.

— Мне Кристина позвонила. Она с сыном как раз приехала к маме, когда ей стало плохо, — тон брата становится более сдержанным.

Роман Волков — мой сводный брат по матери. Он старше меня почти на семь лет. Его отец уехал за границу сразу же, как они развелись с мамой. Спустя два года она вышла замуж за моего отца и прожила с ним много лет до тех пор, пока он ей не изменил. Мама подала на развод, а он сразу же умчал из столицы, и больше я его никогда не видел. Мне в тот момент было десять.

Я всегда старался равняться на старшего брата, но из-за разницы в возрасте Рома не воспринимал меня. Мы мало общались в детстве, а после окончания школы он уехал к своему отцу за границу, поступив в престижный университет. И с тех пор наше самое минимальное общение сошло на нет. Я был маленьким, а он — взрослым. Спустя несколько лет туда переехала и мама со своей подругой Марией и ее дочерью Лизой. Той самой, которая и стала моим деловым партнером.

Я ни с кем не говорил о нем, даже Веронике не рассказывал о нем. Впоследствии это и сыграло мне на руку.

Два года назад в силу особых причин я уехал из столицы. После того, как я потерял все, мне нужно было как можно быстрее вернуться в строй, чтобы не думать. Просто но о чем не думать. Тогда-то я решил позвонить Роме. И все завертелось.

Я действовал через брата, когда решил выкупить контрольный пакет акций компании Богачева. В столицу возвращаться не собирался, должен был лететь мой брат, но чрезмерная занятость Романа внесла свои коррективы.

— Понял, — открываю ноутбук. — Я уже покупаю билет. Отлично, есть на ближайший рейс. После обеда буду на месте.

— Я постараюсь вырваться в начале следующей недели, — говорит Рома.

— Хорошо. Все, Ром, до связи, самолет через два с половиной часа.

— Держи меня в курсе, — просит он.

— Конечно.

По дороге в аэропорт я предупреждаю Леру, помощницу Вероники, о своем внезапном отъезде. Даю ей некоторые указания, напоминая, что в случае возникновения проблем, она может позвонить мне в любое время.

— Уверен, пару дней продержитесь. Я вернусь во вторник или среду. Вероника Сергеевна в понедельник уже выйдет, — говорю я и быстро добавляю: — Я надеюсь.

— Я поняла, вас, — мягким голосом произносит Лера. — Если будет что-то срочное, я позвоню.

Самолет наконец приземляется в Софию. Эти три часа кажутся мне вечностью. На протяжении всего полета ни о чем другом, кроме как о маме и ее здоровье думать не мог, так как подобное с ней произошло впервые.

Я выхожу из здания аэропорта и беру такси, чтобы отправиться прямиком в больницу. Машина трогается с места, а навигатор сообщает, что поездка не займет много времени. Устроившись на заднем сидении, разворачиваюсь к окну с намерением перезагрузить голову, разглядывая пейзажи за окном.

Так и не смог полюбить этот город, хоть и прожил здесь два года. Безусловно он очень красив, имеется множество достопримечательностей, ресторанов и всего прочего, но душа моя навсегда осталась в Москве. Поэтому когда подвернулся шанс вернуться, я сделал это непременно.

За несколько минут до прибытия к месту назначения мне звонит Сергей Елизаров. Я и забыл о своей просьбе.

— Саша, день добрый! Звоню по твоему вопросу, — начинает он, но тон безопасника мне уже не нравится.

— Привет. Есть информация?

— Пока нет. Возникли некоторые трудности, — мрачно отвечает он. — Провожусь до выходных. Терпит?

— Да, нормально, — бросаю отрешенно.

— Случилось чего? — спрашивает Сергей.

— Да, но надеюсь, все решаемо.

— Понял. Как появится информация, закину тебе на почту.

— Спасибо, Серег.

Мама лежит в вип-палате с прекрасными условиями. Я облегченно выдыхаю, когда вижу ее — выглядит она вполне себе бодро и свежо. Рядом с кроватью сидит Мария Андреевна и Лиза, которая о чем-то рассказывает, активно размахивая руками. По палате прокатывается веселый смех.

— Добрый день, — говорю я, и три пары глаз впиваются в меня.

— Сынок, привет! — произносит мама бодрым голосом.

— Добрый день, Сашенька, — улыбается Мария Андреевна.

— Привет, Саша, — мелодичный голос Лизы разливается по комнате. Я замечаю ее проникновенный взгляд, направленный на меня. — Мам, оставим их наедине?

— Конечно, — соглашается она. — Наденька, я заеду завтра. Поправляйся.

— Спасибо, — отвечает мама, а затем Максимовы покидают палату.

— Ну как ты? — спрашиваю я. — Здорово же ты нас напугала.