Сливаемся воедино. Сплетаемся. Сходимся будто в узел. Так тесно и крепко, что кажется, эту связь не разорвать. Мы словно под кожу друг другу входим. По живому.

Намертво.

Наши тела пробивает пот. Наши губы опять сталкиваются в одержимом поцелуе.

Яростнее, горячее. Пока не перестанет хватать кислорода. Пока сердце не зайдется в шальном танце.

Его пульс отбивается внутри меня. Мерными ударами. Будто в такт раскалывающим на части движениям его возбужденного члена.

Осторожно... да где же тут осторожно?

Разве что вот. Сейчас. Пальцы у Байматова совсем неласковые. Но до меня дотрагиваются неожиданно нежно. Скользят по моей щеке, зарываются разметавшиеся волосы, собирают пряди в кулаке.

Он застывает, а меня все равно колотит. Кажется, даже еще сильнее.

— Настя, — выдает Байматов мое имя.

Почти в мои губы. Обдает дыхание, отправляя колючие вспышки по шее, по плечам, по груди.

Иглы царапают кожу. Острые, морозные. А вдоль позвоночника движется огонь.

Жестко, размашисто, пробирая разрядами электрического тока.

И мне хочется сказать так много, столько всего мелькает сейчас в голове, но поймать мысль не удается. Выходит лишь назвать его по имени в ответ.

— Дамир, — непривычно хрипло, словно чужим голосом.

Я рядом с ним будто вовсе и не я. Другая. Новая. Сама себя не узнаю. Что-то совершенно непривычное внутри открывается. И тянется к нему, льнет.

Не откатить это назад. Не отмотать.

Лишь сдаться.

И я сдаюсь.

Расплываюсь окончательно.

Крепче обхватываю его бедра своими. Прогибаюсь, открываясь ему навстречу.

Принимаю без остатка.

Мы достигаем разрядки в один момент. И в этот самый последний миг Варвар с недовольным рычанием выходит из моего тела. Изливается на мой живот.

Он выдает грязное ругательство.

А после хрипло добавляет:

— Прости.

Но за то, как его все еще твердый член скользит по моему животу, размазывая семя, он не считает нужным принести извинения.

А я словно утекаю.

Мыслей теперь не то, что не поймать становится. Их вообще нет. Абсолютно.

Варвар перекатывается на бок. Прижимает меня вплотную к себе. Вдавливает мое тело в свое.

Его шумное дыхание опаляет затылок. Он утыкается в мои волосы. Втягивает воздух, будто хищный зверь обнюхивает.

Холод пробегает под ребрами. А после бросает в жар. Когда Байматов перемещается ниже. Прижимается губами к виску.

Это все ощущается точно контрольный выстрел.

— Блять, Настя, снова тебя хочу.

Мы долго лежим вот так. Рядом. Голые. Разгоряченные. Его руки на мне. Одна ладонь накрывает затылок. Пальцы плотно вплетаются в волосы. Другая — как будто везде. Скользит по груди, по животу. Движения медленные, размеренные, словно даже немного ленивые. Однако осознаю, что эти ощущения обманчивы.

Чувствуется, как Варвар подавляет свои настоящие порывы. Дикие, звериные. Как он держится на самой грани. И от такого осознания пробирает еще острее. Когда понимаешь, какую сокрушительную силу он сдерживает внутри себя.

Байматов дышит тяжело и шумно. На каждом вдохе — ледяные иглы царапают мою кожу. А на выдохе

— горячие мурашки расползаются по телу.

Он трется щекой о мою шею. Целует. Его губы прижимаются к основанию шеи, оставляя влажный след.

Крупная ладонь опускается все ниже по животу.

Накрываю его пальцы своими, сдерживая это порочное продвижение. Пока еще не слишком поздно.

Хоть мне сейчас трудно соображать. После такого бешеного вихря эмоций вообще тяжело собраться. Но главное я понимаю.

Он обещал — осторожно.

И пока что с этим явно не складывается.

Еще бы немного...

Да и так.

Байматов перехватывает мой взгляд. Слегка прищуривается. Хищно, будто присматривается.

— Оголодал я, Настя, — говорит хрипло.

Я поняла, но... на сегодня хватит, — отвечаю, встречая его полыхающий огнем взгЛяд.

— Мало, — заявляет Варвар.

Ну да. С его аппетитами, конечно, мало.

Или ты не хочешь? — спрашивает он, внимательно наблюдая за моей реакцией. Устала? Без таблеток — не хочу.