— Тяжело. Много работы по восстановлению кузова. Им еще никто не занимался, верно?

— Не думаю, — говорит она, подтверждая то, что я уже знаю.

— Мы сделаем его таким же голубым, как яйцо малиновки, каким он был изначально.

— Сколько это будет стоить? — спрашивает она, прикрывая рукой глаза от солнца.

— Как я уже сказал, мы можем что-нибудь придумать. — Я придвигаюсь ближе к ней. — Ты рассчитаешься с нами, когда продашь его. Ты получишь двойную стоимость реставрации. Я могу это гарантировать. Я даже знаю людей, которые могут быть заинтересованы в покупке.

Бринли опускает руку, и в ее глазах вспыхивает солнце. Они становятся такого светло-голубого оттенка, что у меня перехватывает дыхание. Она смотрит на грузовик, потом снова на меня.

— Могу я подумать об этом?

— Нет. — Я опускаю ее ключи в карман. — Никто другой не позаботится о тебе так, как я. Кроме того, я бы не позволил тебе поехать на этой машине домой.

Она бросает на меня надменный взгляд, но это лишь напоминает мне о той маленькой дерзкой искорке, которая, как я знаю, скрывается под ее чопорной и правильной поверхностью.

— Я не собиралась ехать на нем домой. Сосед, о котором я тебе рассказывала, предложил подвезти меня обратно… — говорит она в тот самый момент, когда на парковку въезжает маленький бежевый седан.

Я уже готов сказать, что сам отвезу ее домой, а не какой-то гребаный парень, которого я не знаю, когда вижу, что ему около семидесяти пяти лет. Он машет ей рукой с морщинистой улыбкой, потом мне, и я понимаю, что он клиент Майка.

— Да, ладно, дай мне твой телефон, — говорю я, помахав ему рукой.

Бринли выглядит так, будто сомневается, и я начинаю терять терпение.

Я протягиваю руку.

— Ты ожидаешь, что Майк назовет тебе цену посреди Главной улицы? — грубо спрашиваю я ее.

Она, не отводя взгляда, лезет в карман, достает телефон и протягивает его мне, сложив руки перед собой в ожидании. Я сохраняю в нем свои данные, пишу сообщение и протягиваю обратно. Она хочет его взять, но я отдергиваю руку.

Бринли усмехается, и эта маленькая искра снова вспыхивает, когда она тянется к нему.

— Нам не десять лет, просто отдай его. — Она оглядывается на своего счастливого соседа. — Я не хочу заставлять его ждать.

Я решаю, что мне нравится Бринли Бомонт, немного раздраженная и взвинченная.

— Обязательно ответь, если я позвоню, — твердо говорю я, не двигаясь с места. Она смотрит на него, потом снова на меня.

— Ладно, — говорит она и тянется к телефону. Я позволяю ей взять его, и она практически бежит от меня к пассажирскому сидению машины старика, запихивая его в карман.

— До свидания, мистер Вульф, — говорит она тоном, который должен быть деловым, но заставляет мой член дернуться, когда она опускается на переднее сидение.

До скорой встречи, колибри. Очень скорой.

Глава 1

5

Бринли

Я не могу отделаться от этого мужчины. Он владеет единственной кузовной мастерской в городе? Разве преступники не должны заниматься чем-то нелегальным, а не работать с девяти до пяти, как все остальные?

Наверное, я схожу с ума, раз оставила гордость и радость своего отца — пусть и потрепанную, и ржавую — с президентом байкеров, который лишает воздуха мои легкие. Особенно когда он весь такой мужественный и грязный от того, что все утро работал своими сильными руками с деталями мотоцикла. Я сама загнала себя в ситуацию, в которой буду вынуждена снова увидеться с ним сегодня вечером.

Я пишу Лейле, пока мистер Кеннеди едет по городу, подпевая Джону Прайну14 на местной радиостанции.

Я: Я думала, ты сказала, что он будет игнорировать меня?

ПБ: Обычно так.

Я: А вот и нет, похоже, он собирается доставать меня при каждом удобном случае.

ПБ: Забавно. Раньше такого не случалось. Ты как новая блестящая игрушка.

Я закатываю глаза.

Я: Повезло мне.

ПБ: Можно сказать, своего рода научный эксперимент.

Я: Это не смешно, у него грузовик моего отца. Лучше бы он не использовал его, чтобы кого-нибудь прибить.