«Что делать? Я даже приблизиться не могу.»

Александр вспомнил, что в кармане куртки — те предметы, что дала Дарья. Он достал соль — насыпал ее спешно по кругу. Развернул листок с наговором и принялся вычитывать написанные строки. Существо будто почуяло неладное — рвануло с места, разогналось и уже готово было снести человека, но на всем ходу впечаталось в преграду — ту, что образовалась незримо по периметру круга на полу. К счастью, Дарья не ошиблась с советом, и соль справилась с отведенной ролью. Александр убедился, что в безопасности, и даже не стал прерывать чтение, лишь скрестил в ответ руки и показал неприличный жест. Морок свирепо ударил по преграде рукой. Затем развернулся и подошел к Дарье.

— Еда, — прозвучал голос, — я эту самка людей умрет.

Морок воздел руку — Дарья болезненно застонала и выгнулась дугой. Александр чертыхнулся и прекратил читать. Бросил взгляд на застывшее в напряжении тело, на угрюмую тушу, нависшую над ним — и сплюнул на пол.

«А будь, что будет…»

Он отпустил листок с наговором, буркнул строки из песни Высоцкого: «Вот твой билет, вот твой вагон…» — и шагнул через круг.

— Люди. Слабая, — довольно проурчало существо. — Ед-а-а.

Александр остановился, перехватил Зверя и выкрикнул:

— Давай — ходи сюда, детка!

Морок опустил руку — Дарья безвольно вытянулась на полу. Затем существо рывком бросилось на человека — смело, будто пушинку, и продолжило вместе с ним движение. Александр обхватил голову чудовища и по-наитию ткнул в нее статуэткой. Морда Зверя воткнулась в глазницу чудовища. Морок дернулся, споткнулся и упал на Александра — пробороздил вместе с ним среди обломков костей глубокую борозду.

Зверь ожил и с чавканьем вгрызся в голову — морок задрожал, заголосил, тонкие лучи света ударили во все стороны. Еще секунда, и яркая вспышка озарила помещение, прозвучал взрыв, кругом — клочки раскаленной плоти. Зверь отпрыгнул, рыгнул, распахнул глотку и втянул со свистом светящееся облако. После чего вернулся на лежащую в стороне половинку бронзового шара. Вцепился когтями и замер в прежней позе, будто не оживал вовсе.

Александр лежал на полу, на боку, и даже не дышал — пробовал уместить в голове, что же произошло за эти несколько секунд.

«…! Это что было такое? Да что за хрень постоянная творится вокруг? Хренова тварь… Не, ну и как? А?! Мляяя, сумасшедший мир».

Александр перевел дух, дернулся — хотел встать, но безрезультатно — тело не слушалось. Ног словно не было, лишь тупая боль в области поясницы. В грязи, возле столба, шевельнулась Дарья. Поднялась на руки, привела тело в вертикальное положение и схватилась за голову:

— Боже! Как больно. Что со мной? Что произошло? Где мы?

Александр подал голос:

— Все потом, нужно выбираться отсюда. Тебе придется как-то помочь мне. Не чувствую ног.

С потолка одна за другой посыпались доски, лопнула балка. Дом заскрежетал, одна из опор прогнулась и стена рухнула — облако праха от ее падения прокатилось волной по всему помещению. Дарья отряхнула голову от осевшей пыли, поспешно поднялась и подбежала к Александру.

— Что будем делать? — девушка склонилась над ним и пробовала сообразить, как управиться и сдвинуть с места, — Саша, ты сможешь упираться руками и помогать мне, если поволоку?

— Не знаю. Да, наверное, смогу. Там выход — дверь. Что за ней, куда ведет — непонятно. Но всяко лучше, чем ждать пока крыша рухнет.

Она ухватилась за ворот полупальто, благо изготовлено из толстой грубой кожи, и волоком потащила Александра к выходу. Под тяжелым весом кости предыдущих жильцов с треском ломались и разлетались в стороны. Он, как мог, двигал руками.

Дарья отодвинула засов и распахнула дверь — на улице перед домом непогодилось, деревья едва не ломались под порывами сильного ветра. Она вытянула Александра на газон и побежала за машиной. А он лежал и смотрел на дом, в котором купил квартиру: отдельные части конструкции бесследно таяли в воздухе, другие теряли опору и слетали вниз. В какой-то миг дом просел и с грохотом сложился, будто театральная декорация.

«Да. Вот она — тонкая грань…»

Ветер утих И уже ничего не намекало о происшедшем, только взвешенная в воздухе пыль все оседала и оседала к земле. От недавнего шума в окнах в многоэтажке напротив загорелись огни. Люди спросонья терли глаза, вглядывались через стекла в пустое пространство между домов — хватали телефоны и вызывали спасателей. По приезду городские службы обнаружат на месте рухнувшего дома широкую яму с глубиной в несколько метров, а на дне — слой с костями десятка неизвестных людей. И на этот раз — не забудут.

(Начало продолжения…)

0 день

[…есмь — не круг]

Дарья подогнала машину. Помогла Александру влезть на сидение и принять устойчивое положение, затем села за руль. Он ухватился за ручку внутри салона, возле крыши, и сухо произнес:

— Ну, вот и разобрались… Чувствую поломал меня этот урод,

Дарья повернулась и и ответила: